Сегодня снег начал таять. На телефонном календаре показывало уже пятое декабря. Дни стали какие-то короткие по сравнению с летом, например. Ну конечно. Стало намного раньше темнеть, уже в пять часов вечера было невозможно прийти домой с магазина без фонаря. Особенно в таких районах, где на каждом шагу канализационные люки или идёт стройка. Мало ли на что наткнёшься. А пока утром очень светло, красиво и чисто. Только половины снега, которая выпала ещё вчера, уже нету. Но он выпадал ежедневно по вечерам, так что ничего удивительного. В школе стало теплее. Ребятам не приходилось сидеть в душных свитерах, греться о каждую первую батарею или чашку горячего чая в столовой. Кстати, о чае в столовой. Похоже, это стал единственный ценный продукт с ноября. Потому что всем холодно, все хотят тепла, во-первых, внутреннего. После занятий кто-то играл в снежки сразу, бросался в снег, будь то первоклассник или выпускник. Это же зима. Самое волшебное и красивое время в году. Правда, так считали не все. Например, Костя с Ромой ненавидели зиму. Снова эти сугробы с целый километр, только очистят шоссе, так его тут как тут же заметёт. Эти холодные скучные дни, которые вечно нагоняли скуку... Казалось бы, занимается этим делом осень, но у зимы это получается намного лучше. В связи с холодной погодой стало болезней больше, простуд.
Олеся говорила, что каждое время года хорошо по своему. Летом, например, природа вся зелёная, пышная, яркая. Весной как раз всё это расцветает. Осень хороша тем, что приносит урожай, сентябрьскую красоту мы тоже можем увидеть лишь осенью. А зимой всё белым – бело, деревья наряжаются в серебристые платья, чем не магия? Влад тоже так считал. Когда приходит она, он начинает чувствовать себя наконец-то в своей тарелке. Внутреннее спокойствие, гармония с собой. И этот вид ночного снежного города из окна… Прекрасно! Пускай и холодно. Пускай и скользко. Но оно того стоит.
-Да отвечаю, я в тебя стул кину, -Костя и Рома сидели после уроков в девятом «А» классе, беседовали о насущных проблемах. Ну, как беседовали. Рома практически лежал на парте, лицом утыкаясь в дневник Кости, который был жёстче, чем сама парта. Просто юноша уже воспользовался им, когда Рома начал опять еле хныкать, у того сработала функция «кинуть — заткнуть — самому успокоиться». Костя стоял около соседней парты, упираясь задом о стол, скрестив руки на груди. Он снова не имел чётких представлений о том, почему страдает его друг. Когда тому плохо, он показывает это лишь Косте, но и то не всегда. Потому что знает, что тот разозлится, а это будет ещё хуже Армагеддона.
-У Олеси точно появился другой, -невнятно пробормотал Рома, скинув руки себе на колени. Нет сил сжимать их даже в кулаки.
-Почему ты так думаешь?
-Да говорил кто-то об этом! Спрашивали меня, вы что, расстались? А вы что, встречались? Надоело! -Косте послышалось, как его друг чуть ли не срывается на всхлипы. Его это самого очень тревожило, он не любил, когда его друзья впадают в хандру или начинают грустить. Сначала дико вымораживало. А потом самому было дурно.
-Ромчик, ну хватит, -девятиклассник опечалено посмотрел в затылок друга, протянув руку к русым волосам и начиная гладить их, успокаивать юношу, чтобы тот отвлёк себя от грустных мыслей. По крайней мере сначала. Рома в ответ шмыгнул носом, больше ничего не сказал. Костя и не собирался его таким образом утешать. В один миг меняя ласки на жёсткий подзатыльник, он начал говорить именно то, что думает по этому поводу, -поднимай свою задницу, мы идём обедать дошиком, и только попробуй мне не съешь половину, пиздюк!
Костя с хмурым выражением лица и резкими шагами пошёл в раздевалку, пока Рома оклёмывался от удара. Оделся по-быстрому, закрывая дверь и наматывая шарф поверх тёмного пальто. Рома уже был одет, поэтому задача облегчилась, не нужно будет таскаться в его класс.
Уже в кафе, где народу было совсем ничего, юноши сели за свой уже полюбившийся столик около большого окна, напротив друг друга. Повесив свою одежду в гардеробной и взяв с собой только портфели, они больше никого не замечали.
-Так, давай заново. Олеся тебе не изменяет, -разводит руками перед Ромой друг, слегка поддаваясь к нему вперёд, чтобы никто не слышал.
-Не изменяет, -повторял Рома, также, как и всегда, опечалено ковыряя алюминиевой вилкой в супе.
-У Паши из десятого нет шансов.
-Нет шансов, -вздыхал русоволосый юноша, до сих пор не съев нисколечко.
Костя заметил это, стал снова строго глядеть на парня, думая, что всё это уже безнадёжно. Ему казалось, что он не слушал. Даже не придавал значения его словам. Цыкнув, тёмноволосый достал из заднего кармана чёрных брюк свой телефон, находя в контактной книжке номер Влада и звоня ему.
-Пашка — голубиная какашка! -надул губы Рома, откидываясь на спинку диванчика и скрещивая руки на груди. Вовсе нет желания есть. Оно есть, но ему не хочется именно сейчас, ему хочется страдать, грустить.
