-А когда он грустит или психует, -протяжно вздыхает, пытается приподняться и сесть на подоконник. Это и делает, потерянно смотря в деревянный тёмный пол. Когда смотришь вниз, словно все мысли улетучиваются, забываешь обо всём на свете. Спокойно так. Но не сейчас, -мне хочется его обнять.
-А ты его обнимаешь?
-В том-то и дело, что не успеваю! -хмурится Белла, вдыхая как можно больше воздуха в лёгкие, ибо сейчас снова сорвётся и заплачет. Она была человеком ранимым и чувствительным, чуть что лишнее кто скажет, сразу кошки в душе скребутся, ком к горлу подходит, -убегает.
-Может, ты ему нравишься как раз-таки? -предположила девушка, переводя снова взгляд на свою подругу. Теперь она стала в мгновение выше Олеси, что непривычно. Та покачивает ногами, продолжая тереть глаза, -просто поговорить нужно.
-Я намекаю, а он…придурок.
Олеся улыбается. Понимает, о чём глаголет её подруга. Тот и правда намёков не понимал, не видел, всё принимал всерьёз, хотя сам сарказмом так и блистал.
-Напиши ему письмо, изложи всё по полочкам, -перечисляет возможные варианты признания Олеся, прикусывая нижнюю губу и смотря на снег, что кружит за окном. Сейчас лишь бы завуч не застукал, что она не на уроке сидит.
-Так я писала! Знаешь, что сказал? -резко переводит взгляд на подругу, часто моргая и дёргая ресницами. Тон Беллы изменился на какой-то недовольный.
-Чего же? -с ужасом посмотрела Олеся, никак не представляя, что же мог ответить их общий друг на признание.
-«В смысле?» -кивнула одиножды девятиклассница, попутно вздыхая и останавливая широко раскрытые глаза на голубой стене, что была напротив неё, -я ему на прямую говорю, что нравится он мне…
-А он — в смысле?
-Да! А знаешь… -Изабелла начала улыбаться, хоть улыбка была и далеко не от счастья, а из грусти, из воспоминаний, Олесе всё равно стало спокойней, хотя бы на пару секунд. Поскольку она улыбается, и это уже прорыв, -он вместо «Изабелла», «Заебала» меня называет…
Через пару минут девочки вынуждены были попрощаться и покинуть коридор, что вёл в актовый зал, ибо прозвенел звонок с урока. Многие уже давно покинули школу, у кого не было двух последних уроков. В девятом классе оставалась только Изабелла и ещё девочка, которая дежурила сегодня. Она больше ни с кем не разговаривала, печально накинула верхнюю одежду, переодела вторую обувь и направила себя к выходу. Да уж, на самом деле праздник этот довольно-таки был полезным. Это же такой шанс, чтобы признаться, открыть человеку свои искренние чувства. Но вот затруднительно что — ответит ли он на них…
В это время Рома и Влад устало шагали к остановке. Они разговаривали о том, как завтра будут разносить эти дебильные Валентинки. Для Ромы этот праздник не существовал, он относился к нему нейтрально, будто его это не касается. Ага. Ведь у него есть девушка, а это означает, что он должен провести с ней этот день, полежать на кровати в обнимку, или, может, сходить вместе в кино… Но он додумается об этом только под вечер.
Для Влада же этот праздник вообще не имел никакого значения, он его даже презирал, пока не влюбился сам. А ещё ему удалось сделать практически невозможное: приучил Костю к сладкому. Сам же он не любил его, но хочет, чтобы у девятиклассника всего хватало в организме. Тот пригрозил, что если потолстеет, даже не подумает худеть и не вернёт ту талию, что нравилось обнимать Владу.
-Да пипец, не могли организовать сегодня? У меня, может, планы другие на завтра были, -и правда. Может быть, он хотел куда-нибудь пригласить Олесю или уехать. Мало ли. Хотя сама девушка хотела бы прийти на праздник, это же так интересно. Забавные конкурсы, весёлые сценки с элементами романтики. А позже дискотека.
-Не знаю, -коротко, как всегда отвечал Влад. У него дел было не навалом, но достаточно. Нужно было изначально поехать с родителями к бабушке с дедушкой, но поездка отменилась и перенеслась на следующую неделю. Щёки моментально замёрзли на зимнем ветру.
На самом деле Влад подготовился. Перед тем, как отмечать День Святого Валентина, он записался на курсы начинающего кондитера. Всю неделю, каждый день ровно в пять часов вечера он отправлялся неподалёку в дом, где была типа школа кулинаров. Там его научили делать формочки для прочих печенек, кексов и так далее. Сегодня же утром он подготовил формочку в виде миниатюрного сердца и поставил плавиться шоколад. Мама в первый раз видела его таким амбициозным, что ли. Как бы он не психовал, не матерился, когда у него что-то не выходило, юноша всё равно не забросил это занятие. Родители расспрашивали, для кого он так убивается, но он отвечал, что расскажет потом.
Мальчики попрощались на остановке, пожимая друг другу руки. Их автобусы ехали в разных направлениях, поэтому никак не совпадало. Первым уехал Влад. Рома ещё оставался ждать своего рейса, разговаривая с отцом по телефону. Тот предлагал встретить его после учёбы, ибо по пути. Но уже рядом ехал автобус, поэтому помощи не потребовалось.
