Вы когда-нибудь слышали, что дети на земле сами выбирают себе семью? Говорю без сомнений, мне это известно наверняка. Ведь я - ангел. Моя работа заключается в том, чтобы провожать детские души к их родителям. Но разве могла я ожидать, что выбор одного милого и очень необычного малыша изменит всё и перевернёт мой мир... с небес на землю.
- Выбирай, малыш, - махнула рукой на стену, концентрируя часть своей энергии и призывая красочные картины нижнего мира. В то же мгновение нашим взорам предстала улыбающаяся пара: красивая, молодая рыжеволосая девушка с веснушками и кареглазый юноша с модной фигурной бородкой.
Ребёнок расстроенно опустил руки и разочарованно отвернулся.
- Мне можно выбрать любых родителей?
- Да, какие тебе больше понравятся. Так что смотри внимательнее, - дружелюбно подмигнула белокурому малышу, стараясь немного его приободрить.
Но ни тени улыбки не промелькнуло на серьёзном личике. Вместо этого мальчик как-то очень по-взрослому и абсолютно уверенно заявил, обжигая своим проницательным взглядом:
- Тогда я хочу, чтобы ты была моей мамой.
Подобных слов я совершенно не ожидала. В моей практике подобный ответ прозвучал впервые, и я растерялась.
Кажется, что-то шевельнулось во мне.
Ангелы не могут быть привязаны к кому-то, их чувства мало похожи на человеческие. Поэтому, что конкретно внутри меня дало знать о себе тонкой, едва ощутимой ноющей болью, я совершенно не поняла.
Видимо, уже никогда и не разберусь с растворившимся секунду назад мгновением.
- Малыш, так нельзя, - медленно качаю головой. - Это против правил. Ты должен выбрать семью на земле. Они все замечательные люди и будут очень хорошими родителями. И все тебя очень ждут.
- А я не хочу другую маму, - его взгляд устремлен прямо в мою душу. - Я знаю, ты ко мне придёшь. Как тебя зовут?
Вдох-выдох. Спокойно. Он не может ничего знать. Это всего лишь ребенок. И он, возможно, просто боится.
- Моё имя Эмма. И я действительно буду приходить и навещать тебя. В желании удостовериться, что у тебя всё в порядке. Поэтому мы обязательно ещё встретимся. Но обычно это продолжается недолго, - как только моя связь с детьми слабеет, я перестаю их опекать. - Посмотри, пожалуйста, на стену. Кто тебе нравится?
Отголоски далекой реальности, словно видеофрагменты, медленно сменяют друг друга, а малыш очень внимательно, молча смотрит на тут жизнь, которая кипит внизу.
Когда перед нами появилась очередная влюблённая пара, малыш уверенно ткнул пальцем в высокого, крепкого темноволосого мужчину со шрамом на брови. Очень сильная аура. Плотная. Кажется, можно даже сейчас потрогать рукой и почувствовать её твёрдость пальцами.
Малыш без раздумий, резко кивнув на стену, заявил:
- Он.
- Ты уверен? А мама тебе нравится?
Малыш, демонстративно отвернувшись, ничего не ответил на мой несмелый вопрос.
Я остановила поток кадров и с сомнением покосилась на стену.
Лично мне его выбор не очень нравится.
Первое, что привлекло моё внимание - очень слабая, почти прозрачная аура женщины. Это может означать только одно. Долго она на земле не останется. Год. Самое большее - два. Он не успеет её запомнить. Не успеет привыкнуть. Не успеет полюбить. Но ребёнку знать об этом не полагается. Жаль, что такой исход заранее предрешён. И даже у бесов, которые борются за равновесие сил, не получится изменить ситуацию.
Вот и я не могу пойти против законов Вселенной. Я не вправе открыть настоящее положение дел этому мальчику. Ангелы не могут влиять на человеческие решения. А малыш, хоть и совсем ещё маленький, но всё-таки человек.
Выбор есть выбор. И я должна его уважать.
- Хорошо. Как скажешь.
- Эмма. А что это за картинки?
- Это проекция того, что происходит сейчас в мире, где ты будешь жить.
- Это плохое изображение? Или проекция размыта?
Вопрос выбил меня из колеи. Дети обычно не обсуждают такие тонкости, а целиком и полностью погружены в выбор и счастливые мечты о будущем. Они не обращают внимание на посторонние вещи и обстоятельства, ведь выбирают сердцем. Странно.
- Размыта? Что ты имеешь в виду?
- Ну да. Его я вижу, как тебя. Чётко. А она полупрозрачная. Смотри, у неё только одежда яркая. Даже волосы какие-то бесцветные.
Поражённо оборачиваюсь на ребёнка, чувствуя, как учащается моё дыхание. Стараюсь не показать свое беспокойство. Надеюсь, я не изменилась в лице.
Но это шок. Настоящий. Кажется, у меня по спине разливаются тревожные волны. Прямо сейчас. Как такое возможно? Он... ВИДИТ?
- А ты замечаешь ещё что-нибудь? Не знаю… Странное?
- Мммм, - малыш очень внимательно вглядывается в стоп-кадр. - Нет. Больше ничего.
Что же делать? Провожать его прямо сейчас, согласно правилам? Но отступать от них я не могу.
- Садись на стул.
- Что ты будешь делать?
- Отправлю тебя к родителям.
- Это больно?
- Конечно, нет. Ты уснёшь. Будешь спать долгое время, а когда проснёшься, уже с ними встретишься.
- А ты скоро ко мне придёшь?
- Я навещу тебя, когда ты будешь спать. И потом ещё несколько раз. Не волнуйся.
- Я не волнуюсь. Просто не хочу пропустить нашу встречу.
- Конечно, нет, малыш, - на самом деле, это неправда. Я контролирую крошек, когда они уже перенеслись к родителям, но ещё не родились. А потом проверяю ауру малышей ещё несколько раз, пока моя сила позволяет чувствовать их на расстоянии двух миров и защищать.
