Я расскажу вам о путешествии в одну странную и интересную обитель. В живое прошлое, которое живет и проникает в нас. Вы его не видите, а оно с вами. Темное, тихое, оно просачивается в ваши миры и становится частью вашего мира. Вы его не замечаете, как не замечаете таракана под плинтусом. Или крысу в вентиляции. А потом Тьма прошлого приходит к вам ночью и заглядывает в глаза, приподнявшись на задние лапки. И не дай вам боги открыть глаза в этот момент. А еще лучше бы умереть во сне, не мучаясь. Потому что Тьма обязательно придет в ваш мир. Тьма – она вас не минет.
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Меня зовут Алексей. У меня есть дефект обмена адреналина.
Простите за это новомодное представление по типу: «Меня зовут Влад, я алкоголик». Я тоже смеялся над такими представлениями. Раньше. Сейчас я думаю, что это в некотором роде правильно. Надо представляться и говорить о том, что характеризует тебя ярче всего. «Я – Иван, патологический лжец». И можно не продолжать дальше, что работаешь редактором газеты «Вестник Гузномоевска». «Я – Василий, психопат возбудимого круга». Если на Василии заношенные треники, то под ними скрываются купола-татуировки. Если же дорогая одежда – значит, Василий пока преуспевает на службе у криминального авторитета. Простите, что не назвал марки одежды успешного варианта Василия. Не слежу я за модой преступного мира. С женщинами сложнее. Там надо представляться, наверное, так: «Я – Татьяна, хотела бы жить на Манхэттене». Или: «Яна. Думаю, что я должна затмить Наоми Кэмпбелл». «Наталья. Хочу хоть какого-то мужика».
Конечно, представление будет меняться во времени. Я бы представлялся раньше так: «Хочу все знать». «Хочу побыстрее закончить институт». «Как бы прокормить семейство». «Как бы найти лекарство». «Хочу побыстрее умереть». «Где это я?» «Что из этих трех убьет меня раньше?» «Только бы не откусить язык». Еще раз извините за неприятные подробности. Жизнь – она такая: кто обсуждает, что нашел Киркоров в женщине на восемнадцать лет старше себя, кто беспокоится, не случится ли дефолт еще раз. А люди больные погружены в свою болезнь.
Лучше я не буду рассказывать про нее, а расскажу о своем путешествии. Куда? Ну не на Канары же мне ехать. И не в Сочи: у нас в Крымске немногим хуже, чем в Сочи. А в одну странную и интересную обитель. В живое прошлое. Которое живет и проникает в нас. Вы его не видите, а оно с вами. Темное, тихое, оно просачивается в ваши миры и становится частью вашего мира. Вы его не замечаете, как не замечаете таракана под плинтусом. Или крысу в вентиляции. А потом Тьма прошлого приходит ночью и заглядывает вам в глаза, приподнявшись на задние лапки. И не дай вам боги открыть глаза в этот момент. А еще лучше – умереть бы во сне, не мучаясь. Потому что Тьма обязательно придет в ваш мир. Тьма – она приходит всегда.
А чем я лучше? Да ничем. К вам Тьма придет в свой черед. А мой черед уже был. Я сам пришел к Тьме. Теперь ее очередь прийти ко мне. Ну и зачем кричать, что я сумасшедший? Я и так вам это сказал, про дефект обмена адреналина. А, не поняли. Ну да, все правильно. Я такой. Нас много. Про некоторых снимают фильмы, которые называются «Игры разума». Некоторые прыгают из окна, крича: «Русские идут!» Большая часть скитается, как тени, от больницы к больнице. Я? А я житель провинции, который иногда путешествует в мирах.
Вы не хотите? Я все равно расскажу. Я знаю, что у меня голос неэмоциональный и что сам я тусклый, как стертая монета. Впрочем, не настаиваю, чтобы вы слушали. Можете слушать «ВиаГру» по поездному радио, можете слушать свой плейер, можете пойти в вагон-ресторан, надеясь, что я все расскажу до вашего возвращения. Хотите или не хотите – это наша привилегия, таких, как я. Сказать про то, что слышим или видим только мы. Что Богородица не велит молиться за детоубийц. Или что под иконой Богоматери на Варваринских воротах скрывается лик дьявола. И этому лику молятся о выздоровлении. Ваше дело – услышать сказанное или не услышать.
А не услышав, жить на берегу речушки, которая сегодня не годится, чтоб в ней утопили котенка. И дождаться, когда в ней утонет тот, кто не услышал голоса. Нет, про эту речку потом. До нее еще семь лет. Сначала про Тьму и речку во Тьме.
