— Балка бы, конечно, лучше против танков. Но где ее взять? Приходится ограничиваться подручными средствами.
— Угу, — кивнул студент. «Может, сказать ему, чтоб не очень заводился? — подумал, глядя на кругленького старичка. — Да нет. Пусть порезвится. Вон какой веселый».
— Я уже докладывал товарищу капитану, — не унимался Михаил Федорович, — что считаю необходимым взорвать железнодорожный мост. Станция все равно разбита, и движение на запад не производится. А при наличии моста немцы нам могут зайти с фланга.
— Женщинам, что ли? — съязвил студент. — На женщин они с передка пойдут, — сострил и сам же смешался, но старичок согласно захихикал:
— Простите, оговорился. Я имел в виду красноармейцев, которые займут наши позиции.
— Они сами и подорвут, — ответил студент, вовсе не думая о том, что кто-то будет занимать эти траншеи, а тем более взрывать на их левом фланге железнодорожный мост.
— Прикажите им лучше, пусть гальюны себе отроют, — сказал он старичку.
— Да что с ними делать будешь? Сначала стеснялись, за мост в лесок бегали… Устали, наверно. Не знаю, как вы, товарищ боец, а я их, прямо сказать, побаиваюсь… Уж очень их много. Вот разве что эти утихомирят! — И старичок ткнул рукой в сторону леса, высоко над которым летело три звена самолетов.
— Эти не для них, — отрезал студент.
— Наши? — обрадовался старичок, но студент не ответил.
— Денек, а? — вздохнул Михаил Федорович. — Прямо бабье лето с опозданием!
— Фрицевское скорей.
— Не волнуйтесь, товарищ военный, — успокоил старичок. — После такой случайной теплыни сразу крупа начинается, а то и нешуточным снежком посыпет. Померзнут немчики.
— И женщины не согреются, — ответил студент и пошел к церкви.
— От моего третью неделю ничего… — вздыхала одна.
— И от моего…
— И мой не пишет.
— А ты такого не встречал? — снова называя имена и фамилии, приставали к шоферу, и, когда он в который раз объяснял, что на фронте еще не был, потому что прикреплен к московской обороне, они как будто не завидовали, а радовались за него, что он не в «самом пекле».
— Еще попей, парень!
— Чай не водка, много не выпьет.
— Непьющий. Лицо чистое.
— Спасибо, — сказал студент и после третьей кружки, осмелев и махнув рукой на хаханьки окопниц, поплелся на бугор к допризывнику Гошке. «Зря я ему вчера наплел. Протреплется, сопляк».
