— Одно. То есть нет, два! Но одно было какое-то не такое... Багровое и вроде бесформенное. Тоже плоское...
— Точно! — оживилась Тереска. — Расплющенное! Причем только одно!
— Которое?
— Правое. Левое у него обыкновенное.
— А волосы ежиком какого цвета? Черные, светлые?
— Под цвет костюма. Серые.
— Наверное, с проседью, — сообразила Шпулька. — Черные с проседью — вот и показались серыми.
— Что еще? Глаза, зубы?
Тереска покачала головой.
— Не требуйте от нас невозможного. Мы ведь его видели при слабом освещении. Глаз не разглядели, а зубы он не скалил. Высокого роста, примерно, такого, как Скше... как этот пан, в меру упитанный.
— Что значит «в меру упитанный»? Тереска снова окинула Цегну оценивающим взглядом.
— На одну треть толще этого пана, — с уверенностью объявила она.
— На одну четверть, — въедливо уточнила Шпулька. Кшиштоф Цегна стоял не шевелясь и беспрекословно позволял делить себя на части.
— Больше ничего примечательного вы не запомнили?
— К сожалению, нет, — виновато сказала Тереска, а Шпулька грустно покачала головой.
Участковый, вначале описавший в протоколе внешность субъекта из «опеля», вынужден был продолжать дальше в нетрадиционной последовательности. Кшиштоф Цегна приступил к составлению протокола. В помещении воцарилась тишина, изредка прерываемая короткими уточняющими вопросами. Подруги, уже было успокоившись, снова начали нервничать, тем более что воровская добыча мозолила им глаза.
— Надо сосчитать, — внезапно спохватился участковый. — Крысь, иди-ка сюда, сынок. Заверишь.
Часов оказалось полсотни. Тереска быстро прикинула в уме. По две тысячи штука, это будет... миллион!
— Силы небесные! — тихо ужаснулась она. — Мы с тобой украли миллион злотых!
Шпулька посмотрела на нее взглядом агонизирующего василиска. Участковый отложил наконец ручку.
— Больше, — заверил он. — Часть из них золотые. Тысяч по десять штука. Попрошу уважаемых дам прочитать и подписаться. Тут все изложено в сокращенном виде, не хотелось вас надолго задерживать. Самое главное, о подробностях вас еще будут допрашивать.
Тереска потянулась за протоколом, а Шпулька как приросла к стулу.
— А когда... — тихо спросила она сдавленным голосом, — когда вы нас арестуете?
Участковый как-то странно на нее посмотрел и сделал приглашающий жест в сторону протокола. Тереска оторвалась от изучения документа.
— Но тут ничего нет о том... что мы украли... — растерянно пробормотала она.
— Но все, что есть, изложено верно?
— Ммм... верно.
— Тогда подписывайте. Что значит «украли»? Вы не украли, а доставили вещественные доказательства.
Подождав, пока обе поставят свои подписи, участковый встал, оправил мундир и прокашлялся. Кшиштоф Цегна посмотрел на него и тоже поднялся. Подруги неуверенно последовали их примеру.
— Благодарю за службу! — торжественно рыкнул участковый.
Кшиштоф Цегна непроизвольно стал навытяжку и щелкнул каблуками. Тереска и Шпулька окончательно обалдели. Участковый вышел из-за стола и с почтением пожал каждой руку, то же самое проделал и Кшиштоф Цегна.
— Большое спасибо, — беспомощно промямлила Тереска, ничего не понимая.
Участковый, покончив с торжественной частью, перешел на нормальный тон.
— Вы нам очень помогли, а теперь по-хорошему вас прошу, отправляйтесь домой и оставьте в покое бандитов. И не советую больше ничего красть. Уймитесь, ладно? Проводить мы вас не сможем, уж не обессудьте, сейчас сюда нагрянет начальство, а ни одной машины у меня под рукой нет...
Только у дома Шпульки подругам удалось немного остыть и прийти в себя. Вечерние приключения были просто ошеломительными, а поведение участкового произвело на них неизгладимое впечатление. Они одновременно гордились собой и чувствовали какую-то опустошенность.
— А выглядел вполне прилично, — в раздумье сказала Тереска. — Тот, который подбросил часы. Может, не знал, что там в свертке?
— Я уже никому не верю, — сумрачно ответила Шпулька. — И вообще больше ты меня не впутаешь ни в какую идиотскую историю. Нас могли убить!
— Глупая, это же не убийцы, а торгаши! Милиция говорит, такие избегают мокрых дел. В крайнем случае нас могли побить.
— Большое спасибо, но быть побитой мне тоже не очень хочется. На кой черт нам все это нужно, зачем ты встреваешь, чего тебе неймется?! Какое тебе дело до чужих бандитов и до их часов?!
