— И вы верите Дени Пушкате? — снисходительно улыбнулась Инна Горанова. — В отеле вертится столько таких девушек, как она, что если вы начнете связывать меня с каждой из них, то потребовалось бы выводить меня оттуда с милиционером. Прошу вас, не говорите глупостей! Я знакома с ней с тех времен, когда еще жила в Павликени. Больно мне за нее, но она неисправима. Год назад случайно узнала, что требуется девушка для демонстрации причесок, и едва убедила ее ухватиться за эту работу. Вижу, что продолжает шляться возле отеля с тем таксистом, который пускает ее в обращение.
— Когда в последний раз виделись с ней? — попытался уточнить Нестор.
— Не помню, может быть, месяц или два назад…
— Она называла более близкую дату.
— Возможно. Я не сержусь на нее. Видела ее и с этим Гильдебрандтом. О нем знаю от Антона, ведь он его шеф. Возможно, это вас интересует?
— Антон же сказал мне, что это вы познакомили его с Гильдебрандтом и ходатайствовали о его устройстве на работу, — пустил в ход полученную от Минчо Добрева информацию следователь.
— Дурак! — не выдержала Инна. — Он всегда был глупым мальчишкой, и ему требовалось постоянно вправлять мозги.
— У меня не сложилось такого впечатления о нем, — подлил масла в огонь Нестор.
— Потому что вы не знаете его! А я знакома с ним с четвертого класса, и мне известны все глупости, которые он натворил в жизни.
— И все же вы близки с ним, — мягко добавил следователь. — При таком долгом знакомстве люди обычно ненавидят друг друга.
— Во всем виновата его мать… А он все твердил: «Давай поженимся! Давай поженимся!..» У нее одно дитя, а сама она больна честолюбием. Еще в Павликени собирались пожениться, но мать раскричалась, что я плохая партия ее сыну, что он еще не закончил учиться, что ему нужно найти столичную девушку, дабы не гнить здесь, в провинции, и тому подобное. И вот тебе! Что вышло из него? Если бы не я, он действительно гнил бы в провинции…
Нестор слушал ее излияния и удивлялся, почему в ее гневе проглядывает какой-то страх. Он попытался припомнить, что сказал ей до этого момента, но не смог, а потому опять спросил о Гильдебрандте.
— Понимаю вас очень хорошо, но давайте немного отклонимся в сторону. Я хочу услышать, что связывало вас с Паулем и когда вы познакомились с ним? — повторил свой первый вопрос Нестор.
— Мы познакомились около четырех лет назад. Он пришел с приятелем, танцевали, потом пошли в бар и так далее. Иногда виделись, как и вы встречаетесь со своими знакомыми, не так ли? А что? Разве есть что-нибудь плохое в том, что ты поддерживаешь знакомство с разными людьми?
— Зависит от… — не закончил фразу Нестор.
— Он натворил что-нибудь?
— Нет, он ничего не сделал, — успокоил ее следователь.
— В прошлый раз вы упоминали о каком-то преступлении.
— Не он ли сказал вам об этом?
— Давно не видела его.
— С того вечера, когда вы попросили об одолжении у Денки, не так ли?
— Да, — промямлила Инна.
— В тот вечер у него похитили большую сумму денег.
У Горановой уже не было причин скрывать свой страх, и она спокойно спросила:
— Потому вы ищете встречи со мной?
— И поэтому, — подчеркнул Нестор и поднялся. — Думаю, что мы снова увидимся, но прошу вас, пусть наш разговор останется между нами!
Инна понимающе кивала, пока провожала следователя до двери.
— Будьте спокойны!.. И все же, если не секрет, зачем мы будем встречаться? Разве мы не можем выяснить все сейчас?..
— Мне кажется, вы не настроены говорить о том вечере, когда послали вашу приятельницу…
— Ошибаетесь! Послала ее по настоянию Антона, Почему он не сказал это, не знаю. А ведь я рассказала вам, кто ходатайствовал о его устройстве на работу. В обед позвонил и попросил сделать что-нибудь, а поскольку я близка с Денкой, обратилась к ней. Это правда!
— А этот, соотечественник Гильдебрандта, остановившийся в том же отеле, как его зовут?..
— Карло, что ли? Он дурак!
— Как это понимать?
— В самом прямом смысле — абсолютный болван. Даже думаю, что он ненормальный. Никогда нельзя предвидеть, что он сделает. Заметила, что Пауль опасается его, когда они вместе.
— Чего?
— Да чтобы не совершил какую-нибудь дикую выходку.
— Например?
— Ну, он беспрестанно нарывается на скандалы, всегда обращает на себя внимание милиционеров, а все женщины у него проститутки. Он показывает им деньги и приглашает в постель. Нет ни одной служанки в отеле, которой он не предложил бы заплатить за услугу, и часто оказывается в конфузных положениях.
— Чем занимается?
— Точно не знаю, но вижу, что с Гильдебрандтом в деловых отношениях. Вероятно, заправляет каким-то бизнесом в Турции…
— И последний вопрос — если хотите, можете не отвечать, — на другой день у вас была встреча с Топаловым в той комнате в Подуене?
— Нет.
— Подумайте, может быть, забыли!
— Нечего думать, встречи назначаю я.
— И ночью не были вместе?
— Нет, клянусь! Спала дома, и Жожо подтвердит.
— Благодарю вас! До свидания!
