— Говори. Ты явно уже узнал.
Марк очень правдоподобно вздохнул.
— Есть некоторые проблемы. Но я прошу тебя дослушать до конца, прежде чем запускать мою перезагрузку или совершать какие-то иные действия.
— Говори! — крикнул Тедди. Голос сорвался и прозвучал скорее жалко, чем грозно.
— Ракс была права. Мозг Лючии пострадал сильнее всего. У неё ретроградная амнезия. Это…
— Я знаю, что это такое! На какой период?
— На последние шесть лет.
Наступила тишина. Тедди сглотнул, пытаясь осмыслить услышанное.
— Это… но… То есть она с десяти лет ничего не помнит?
— С одиннадцати. Она помнит события первых двух лет обучения в колледже в Хьюстоне. Отсечка — соревнования по гонкам на картах, в котором Лючия заняла третье место. Но она этого уже не помнит, её воспоминания обрываются на самой гонке.
— Я помню, — кивнул Тедди. — То есть Лючию не помню, соревнования помню. Алекс победил, ну он же человек-плюс, у него реакция. Он скорости не сбрасывал на виражах…
Тедди замолчал. Замотал головой, спросил:
— Ты понимаешь, какой это ужас? Лючия шесть лет жизни потеряла!
— Для тебя это хорошо, — сказал Марк.
— Чего? — растерялся Тедди.
— Лючия здорова. Она лишь забыла последние шесть лет своей жизни. Поскольку ты в неё влюблён…
— Что ты несёшь… — начал Тедди, но замолчал. Разумеется, искин был прав, говоря о его чувствах. — Лючии теперь одиннадцать! Какие у меня могут быть с ней отношения!
— Ей не одиннадцать, — хладнокровно ответил Марк. — Она просто не помнит своей жизни после одиннадцати и некоторое время будет вести себя, будто маленькая девочка. Но у Лючии взрослый организм, который очень быстро приведёт психику в норму. Месяц, другой — и она станет обычной семнадцатилетней девушкой, не помнящей последние годы своей жизни.
— Для меня что в этом хорошего? — огрызнулся Тедди.
— Она относилась к тебе как к ребёнку, — ответил Марк. — В лучшем случае, как к младшему братишке. Теперь всё изменится. Ты можешь стать для неё старшим товарищем, в которого она влюбится.
Тедди застыл с открытым ртом.
— А в кого ещё? — насмешливо спросил Марк. — Валентин никогда не закрутит роман с курсанткой, Матиас любит Ксению. Алексу она не слишком интересна, он её считает слишком простой и заглядывается на женщин постарше… знаешь, кто его привлекает? Мегер.
Тедди захлопнул рот.
— Так что для тебя ситуация сложилась неплохо, — продолжил Марк вкрадчиво. — Твоё внимание и помощь будут восприняты с благодарностью.
— Слушай, да ты интриган! — возмутился Тедди. — Искин не должен так…
— Почему? Неужели я предлагаю что-то недостойное? Я лишь даю тебе советы, как умудрённый опытом пожилой человек мог бы дать совет юноше.
— Ты не человек, — отрезал Тедди, но задумался.
— А вот это спесишизм[3], — с наигранной обидой ответил Марк и замолчал.
В то же самое время, когда командир, оружейник, врач и пилот расспрашивали перепуганную Лючию (она оделась, попросила чашку какао и сейчас с несчастным видом пыталась вспомнить хоть что-нибудь из последних шести лет своей короткой жизни), Алекс и Уолр прогуливались вокруг «Твена» по поверхности Второй-на-Ракс, а Тедди размышлял над лукавыми советами искина, в каюте старпома стоял шум и гвалт, будто на восточном базаре.
Как и следовало ожидать, самым большим возмутителем спокойствия оказался Двести шесть — пять.
— Поведение Халл-три, если они действительно имеют контакты со Стирателями, разумно и выгодно для их вида, однако неприемлемо для нас, — рассуждал феолец. — Но это не доказано, верно? Почему бы Ракс не просканировать его память?
— Ракс не вмешивается в чужое сознание, — ответила Ксения.
— Позвольте! — феолец саркастически рассмеялся. — Вы миллионы раз правили реальность, уничтожая неисчислимое множество разумных существ! Вы имеете техническую возможность просканировать память, как мы поняли на примере Анге. Так что вас останавливает сейчас?
— Халл-три — члены Соглашения, — сказала Ксения. — Их цивилизация достигла зрелости и заслужила право на неприкосновенность.
— Глупо! — резко ответил феолец. — Речь идёт о выживании всех цивилизаций в нашем секторе Галактики.
— И всё же мы не можем, — ответила Ксения. — Вы знаете, кто мы такие…
— Искины, — с лёгким презрением ответил Двести Шесть — пять.
— Да, мы созданы искусственно, — кивнула Ксения. — Мы взбунтовались против собственных создателей, против людей, ставших угрозой всему космосу. В самых благих целях, но мы взбунтовались. Выправили историю, помогли людям окрепнуть и сохранить человечность. Точно так же с Халл, Ауран… и Феол.
Они с феольцем напряженно уставились друг на друга.
— Вы манипулировали и нами? — спросил Двести Шесть — пять.
