— Значит так, ребятки, — негромко начал инструктор, — сейчас у вас последний шанс для того, чтобы окончательно решить, хотите ли вы попытаться
— Итак, — медленно продолжил Линкей, — те, кто понял, что попал сюда случайно, не слишком представляя, с чем ему придется столкнуться и через что пройти, чтобы заслужить право именовать себя руигат, может выйти из строя и двигаться вон в том направлении. Спустя пять минут он выйдет на пешеходную тропу, которая через пару часов неспешного шага приведет его к поселению Оййи, где он сможет отойти от того ужаса, с которым столкнулся, — при этих словах в глазах инструктора явственно промелькнула усмешка, хотя губы даже не дрогнули. — Либо даже, достигнув поселения, вызвать «ковш» и отправиться как можно дальше отсюда. — Он замолчал и снова обвел стоявших перед ним взглядом.
Тиэлу замер. Если честно ему очень, ну просто до дрожи в коленях хотелось сорваться с места и бежать, бежать отсюда со всех ног, как можно дальше, но… он остался стоять. Почему — он и сам не понял. Как и в тот раз, когда он впервые услышал о руигат, из глубины его сущности поднялась какая-то непонятная волна эмоций, включающая в себя и гордость, и стыд, и упрямство, и злость, и массу всего другого, которая заставила выпрямить спину и гордо вздернуть подбородок. А в памяти отчего-то всплыли слова того, кто рассказал ему о руигат: «Лучше рискнуть, пусть даже потом проиграв, чем отказаться от шанса, а затем всю жизнь жалеть о том, что испугался даже попробовать». Мастер покосился на остальных. На лицах всех, стоящих рядом с ним, так же было явственно видна тяжелая борьба, что шла в этот момент в их душах. На несколько мгновений над всей утоптанной поляной повисла напряженная тишина, а затем откуда-то слева из строя вышел один человек, потом другой, потом сразу двое, потом еще один, еще… Тиэлу явственно видел как еле заметно качнулся «гимнопевец». Но все-таки не сделал такой ожидаемый шаг вперед, а остался на месте.
Наконец жиденький ручеек уходящих окончательно иссяк. Мастер посмотрел вслед полутора десяткам тех, кто ушел, и осторожно выдохнул. Он сам не заметил, как затаил дыхание. Инструктор еще раз окинул их оценивающим взглядом, а затем… улыбнулся.
— Что ж, значит, будем пробовать. Вместе.
И Тиэлу, даже не осознав до конца того, что он делает, улыбнулся и радостно кивнул ему в ответ. А затем… ужаснулся своей реакции. Но было уже поздно.
— Тэрнэй![5]
Тэра высоко подпрыгнула и, сильно прогнувшись в спине, откинула руки назад, исполнив классический «энеги»,[6] а затем мягко пришла в подставленные руки партнера. Виксиль профессионально подхватил ее и, повинуясь музыке, закрутил, неся на вытянутых руках над собой. Музыка волнами разливалась вокруг шести танцующих женщин и девяти мужчин. Оборот. Прыжок. На этот раз ее подхватили двое — Виксиль и Самен. Сильные мужские руки обхватили бедра, скользнули по талии, и Пламенная закружилась в очередном па. Еще минута, и музыка утихла. Плотная, спрессовавшаяся толпа, окружившая эту импровизированную танцплощадку, ошеломленно выдохнула и глухо загомонила:
— О-о-о… это было… это было что-то невероятное…
— Это просто чудо… у меня до сих пор мурашки по всему телу…
— Я вся дрожу…
— Я, э-э-э, я, кажется, хм-м, то есть мне нужно переодеться…
Тэра осторожно повернулась и, поправив мокрую прядку, прилипшую ко лбу, окинула настороженным взглядом обступивших площадку людей. А затем облегченно выпустила воздух между стиснутых зубов. Слава Богам, ни одного безумного взгляда. Значит, им удалось снять противоестественную тягу к насилию, охватившую всех этих людей. На этот раз удалось… что ж, можно считать, что еще один «рисунок танца» прошел испытание.
— Пламенная… мы…
Тэра устало улыбнулась людям и, взмахнув рукой, двинулась к краю большой открытой площадки, где сиротливо притулились «овалы», на которых прилетели она и Избранные.
