До меня не сразу дошел смысл его слов. А когда дошел, я обхватила себя руками и произнесла:
— Я вас не приглашала.
— Я знаю. Но поскольку вы вряд ли бы меня пригласили, а переговорить с вами мой долг как врача, я здесь. Если вы сомневаетесь, мы можем вместе спуститься на улицу, где много людей. Или просто пойти в ближайшее кафе.
Я судорожно вздохнула. Не похож он был на того, кто сейчас потащит меня в Ферверн, но я могла себе представить многое. После того, что случилось… Торн действительно не мог забрать меня официально, а неофициально — мог. Арден — военный врач, он подчиняется приказам наравне с мергхандарами. Мало ли что ему приказано — может, у него какая-нибудь усыпляющая пластинка или что-то еще.
— В кафе, — сказала я. — «Черриш Вайт». Вы спуститесь туда. Я приду позже.
— Лаура, — произнес он, глядя мне в глаза, — это касается вашего ребенка, если он существует.
— Ребенка не существует.
— Я все равно буду вас ждать.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел, а я еще несколько мгновений смотрела на закрывшуюся дверь. В ушах и груди грохотало сердце, я снова глубоко вдохнула и выдохнула. Подошла к окну.
«Черриш Вайт» — сеть кофеен Раграна, они были простенькими, но неизменно заполненными людьми. В центре в основном туристами, у нас на окраине местными, вчера я прочитала про них в сети, когда размышляла, где бы поужинать. В итоге там и ужинала салатиком и десертом, который запила чашкой кофе. Не совсем здоровое питание, но так получилось.
Разумеется, правильнее было дождаться Бена. Все ему рассказать, а после вместе спуститься в «Черриш» и, если Арден все еще там, поговорить с ним. Вот только что-то мне подсказывало, что вряд ли Бен это оценит, а Арден станет говорить при нем. Поэтому я все-таки оделась, подхватила сумку и спустя пять минут уже входила в кафе, наполненное ароматами выпечки и кофе и шумным многоголосьем.
Ардена я увидела сразу, он сидел за одним из центральных столиков, и мне стало немного легче. Вряд ли, если бы он хотел меня заболтать, а потом все-таки налепить какую-нибудь пластинку, он бы расположился так.
Иртхан поднялся еще раньше, чем я приблизилась, отодвинул для меня стул.
— Что для вас взять?
— Я здесь не для того, чтобы с вами обедать.
— Хорошо.
Он вернулся на свое место, кофе, который ему принесли еще до моего появления, стоял нетронутым.
— Когда мать Торна была беременна, — сцепив руки на столе, Арден смотрел мне прямо в глаза, — ей приходилось пользоваться пластинками, подавляющими пламя. Произошло это потому, что ребенок, которого она носила, оказался невероятно сильным и его сила создавала странные помехи в ее собственной. Она не просто создавала помехи, она усиливала ее пламя, огонь ее будущего сына был настолько силен, что она находилась под постоянным наблюдением врачей. Носила датчики, позволяющие отслеживать ее пламя и пламя ребенка.
— Какое все это имеет отношение ко мне?
Арден развел руками.
— Никакого. Если вы не беременны. Но если да…
— Я не беременна.
— Но если бы вы были беременны, вам стоило бы пройти полноценное обследование прямо сейчас. Ребенок Торна — особенно его первенец, даже несмотря на то что его сила будет силой полукровки, непредсказуем. Он непредсказуем даже сейчас, на стадии развития. Бездействие и промедление опасно и для вас, и для него.
Он специально меня пугает? У него такое задание — довести меня до истерики, чтобы я бросилась обратно в Ферверн?
Все эти мысли приходили и уходили, мне же оставалось только держать лицо. Стоило признать, что это давалось немалыми усилиями, потому что по спине уже сбежала не одна струйка холодного пота.
— Благодарю за заботу, но…
— Лаура, такое — как в случае родителей Торна — иногда бывает при совпадении и слиянии огней. В парах рождаются самые сильные дети. Но мир еще не видел иртхана такой силы — по крайней мере, иртхана такой силы в современности. Я не просто врач, я ученый. Я проводил исследования, изучал закономерности распределения пламени в наши дни. И то, что представляет из себя Торн, тот, кого он из себя представляет, действительно способен изменить все. Об этом я тоже уже говорил, но сейчас для меня важно другое. Для меня важно, чтобы вы отнеслись к своему здоровью и «несуществующей» беременности настолько серьезно, насколько это возможно.
Хорошо.
Напугал.
Если у него было такое задание — напугал он меня качественно, до трясущихся коленей и шума в ушах. Тем не менее с ним я это обсуждать не собиралась.
— Арден, я безумно ценю вашу заботу, — ответила я. — Но даже если бы я была беременна, обо мне есть кому позаботиться. Насколько вы знаете, я обручена. Мужчина, с которым я собираюсь связать свою жизнь, тоже врач, и талантливый. Случись такое, что мне грозила бы опасность, — думаете, я бы сейчас сидела здесь с вами, а не лежала где-нибудь, облепленная датчиками с ног до головы?
Он усмехнулся.
