– Расскажи, как происходит вливание пламени, – сказала я. – Как это вообще делается? Это так же больно, как нанесение харргалахт?
Бен покачал головой.
– Нет, этот процесс совершенно иной. Гораздо более приятный, Лаура.
Я прищурилась.
– То есть это просто как подключение к источнику питания? Вроде индукционной зарядки?
– Вроде проводной, – хмыкнул Бен. – Это делается через секс.
– Что? – очень тихо переспросила я.
– Ты не знаешь, что такое секс? Странно, что у тебя возникла такая проблема, как беременность.
Я подхватила первое, что попалось мне под руку, а именно жесткую диванную подушку, но Бен мою руку перехватил. Впечатал в мягкую спинку, а следом впечатал в диван меня. Гринни, сладко сопевшая, подскочила и взмыла ввысь.
– Вообще-то, я просто хотел посмотреть на твое лицо. – Не знаю, на какую именно точку на моем запястье он нажал, но пальцы разжались сами собой и подушка выпала на пол. – Но сейчас думаю, что это отличная идея. Твою…
Последнее относилось к смачному «кусь». Упавшая сверху Гринни тяпнула его за плечо. Воспользовавшись моментом, то есть резким разворотом Бена, я подскочила с дивана и схватила торшер. Декоративный и тяжелый: хозяин квартиры, наверное, нашел его в магазине антиквариата.
– Женщина, да он тяжелее тебя, – вздохнул Бен, обернувшись. Гринни, пытавшуюся извернуться в его руках, он держал за шкирку.
– Это ничего, – сказала я. – Зато я посмотрю на твое лицо после того, как тресну тебя этим.
– По крайней мере, рыдать ты больше не собираешься.
Рыдать я точно больше не собиралась, но после его слов мне захотелось треснуть его торшером еще сильнее. Правда, справедливо оценив собственные силы, торшер все-таки поставила. Честно говоря, я его и не поднимала, так, наклонила слегка.
– Это не смешно, – сказала я, – совсем. Ты в курсе?
Бен посмотрел на Гринни.
– Да уж, тут не до смеха.
Виари рычала и умудрилась распушить свою шерсть до таких масштабов, что стала похожа на дикий кусачий шар.
– Отдай ее мне!
– Она агрессивная.
– Я тоже! – рыкнула я и забрала виари, прижимая ее к груди. – Пойдем, маленькая. Дядя Бен просто набл.
– Дядя Бен?
– То есть «просто набл» тебя не смущает?
Выяснить, смущает его «просто набл» или нет, мы не успели. Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть, и Гринни вздрогнула вместе со мной, мгновенно ощетинившись снова.
– Так, когтей у тебя нет, но давай ты все-таки не будешь меня царапать, – сказала я, опуская ее на пол. – И кусать всяких подозрительных личностей.
Шагнула к двери, но Бен меня перехватил. Остановил и сам нажал кнопку видеосвязи. Компания на парковке смотрелась внушительно: рослый мужчина в костюме, то ли позаимствованном у Торна, то ли просто купленном у плагиатчика его дизайнера, за его спиной еще двое, и на заднем плане – грузовой флайс, возле которого стоял уже знакомый мне врач. Кажется, Торн называл его Арденом, когда привез меня на свой сверхсекретный объект, чтобы меня быстро поставили на ноги.
Мысль об этом перехватила дыхание, и я даже не представляю, когда бы оно вернулось, если бы Бен издевательски вежливо не произнес:
– Я вас внимательно слушаю.
– Ферн Эстфардхар, не в ваших интересах препятствовать нам при общении с ферной Хэдфенгер.
– Риамер Стенгерберг, не в ваших интересах преследовать мою невесту.
По ту сторону видеофона повисла пауза, а я не могла отвести глаз от грузового флайса. Это же мобильная лаборатория. В которой меня чисто теоретически можно разобрать на винтики, а потом собрать снова в том порядке, в котором потребуется.
Стенгерберг протянул руку, и видеофон погас.
– Поднимаются, – хмыкнул Бен.
– Что? Как? Мы же им не открывали…
– Главное – веди себя естественно, – сообщил он мне и открыл дверь.
Внушительность Стенгерберга в действительности поражала. Ростом он был еще выше Торна и Бена, а от его взгляда хотелось накрыться лазероупорным стеклом. Следом за Стенгербергом в квартиру шагнул Арден, который почему-то выглядел мрачным и уставшим, и еще двое в костюмах.
– Ферна Хэдфенгер, вы идете с нами, – минуя приветствия, сообщил Стенгерберг.
– Нет.
Это ответил Бен.
Он шагнул вперед, оказавшись лицом к лицу с ним, и – странное дело – внушительность Стенгерберга несколько померкла. Хотя ниже ростом он не стал и менее ледяным – тоже.
– Мы оба прекрасно знаем…
– Мы оба прекрасно знаем, что вы сейчас превышаете полномочия. Вломившись на частную территорию с изяществом парня из подворотни, которому приказано приволочь девку владельцу подпольного клуба. – Бен говорил спокойно, но в проникший в квартиру вместе со Стенгербергом лед сейчас вплавлялось пламя совершенно иного рода. Теперь я чувствовала его так же остро, как ледяное, потому что оно отзывалось во мне. Точнее, на моей коже жалящими искрами силы.
– Уйдите с дороги, ферн Эстфардхар.
– Попробуйте меня отодвинуть.
– Хватит.
Этот голос прозвучал спокойно, но на него обернулись все. Вернее, все повернулись в сторону Ардена, который сейчас смотрел исключительно на меня.
– Ферна Хэдфенгер, если не возражаете, я бы очень хотел с вами поговорить. Наедине.
Бен не успел ничего сказать, я уже кивнула.
– Хорошо.
