— Хорошо, совет закончен. Все свободны, — распорядилась Эмма.
Все покинули комнату. Я так и осталась сидеть, чувствуя, что нужно подвести черту, задать Скилу накопившиеся вопросы. Он листал страницы в дневнике. Шорох страниц отчетливо слышался в тишине. Слишком быстро, чтобы их читать. У меня были сотни, нет, тысячи вопросов именно к нему.
Дверь захлопнулась, темная ткань, закрывающая окна, покачнулась от сквозняка.
— Мне надо кое-что тебе сказать.
В один момент я поняла: вопросы и ответы тут лишние. Я знаю, «что», «зачем» и «почему». Дело тут во мне. Что бы он ни сказал, пока иллюзорные железные оковы обиды сжимают мое сердце, как раньше уже не будет. Обстоятельства — простая и взрослая фраза, но под их весом все начало разрушаться. Я не дам им себя одолеть. Мне нужно время снова восстановить стены, построить оборону. Заодно совершить прогулку в центр города. Неплохой план, если вдуматься.
— Я переживала за тебя и скучала. — Я была предельно честной. — Стоило отпустить тебя на два часика, и через трое суток ты самый жуткий монстр Альтернативы, поучаствовавший в тройничке под Апокалипсис. Знаешь, я пока не готова к твоим новым биографическим фактам.
Я направилась к выходу. Мне стало легче, когда я озвучила то, что меня тревожило.
— Есть еще одна новость. — Он перегородил мне дорогу.
— Всего одна?
— Кэт, я тебя…
— Нет, стоп, — прервала я. — Знаешь, я передумала, с меня достаточно новостей.
— Тогда прошу, останься на базе. Туда лучше не соваться, я там не самый жуткий монстр, поверь. Кланом управляет Семья. Призрак — только один из пяти членов Семьи. Я не смогу тебя защитить.
— Скил, здесь не стоит вопрос о выборе, я иду.
Я обогнула его и вышла в коридор.
Остальное время я старалась держаться ото всех подальше. Залечивала раны, выходила из каморки только за пайком. Много спала: организму и сознанию требовался отдых.
Эмма недооценивала ситуацию: даже на сельских дорогах стояли блокпосты, поэтому разработка плана потребовала еще несколько разведок. Оставалось три или четыре дня, напряжение витало в воздухе, новость о предстоящем деле быстро разлетелась среди бойцов.
Мы со Скилом держали дистанцию. Видно, он понял, что мне нужно немного времени. Но, как только видела его, смолящего сигарету, на площадке около завода, я с усилием могла отвести взгляд. Меня тянуло к нему. Недоговоренность действовала на нервы. Но я же сама решила сделать паузу.
На третий день, когда я проснулась, ребра болели уже меньше, захотелось на свежий воздух. На базе царила видимость сонного спокойствия. Пол еще с несколькими крепкими парнями перетаскивал из фургона огромные ящики. Сегодня с утра три группы отправились на вылазку. Радио и телевидение вчера прервало эфиры. Казалось, что база — последний спокойный уголок. Что творилось за ее пределами, особо не разглашали, ограничивались предложениями, из которых и так становилось ясно: Альтернатива отвоевывает права на этот мир. Знала только одно: войска отступали — они не могли сдерживать монстров; на дорогах много беженцев и временных лагерей. Но нам надо было прорваться в самое пекло города. Города, у границ которого шла война.
Около раскаленных от солнца машин на серой подстилке валялся Лэнг и курил самокрутку. Но, подойдя ближе, по сладковатому запаху я поняла, что это травка.
— Где ты откопал?
— Немного одолжил у сестры. — Он протянул мне самокрутку.
— Никогда не курила дурь. — С этими словами я взяла и глубоко затянулась. — Что, уже должно подействовать?
— Потерпи немного, присядь.
Я исполнила его просьбу. Стало легко и спокойно. Я легла и посмотрела на облака. Они плыли по небу неспешно и грациозно. Им было все равно, что происходит под ними.
— Я хотел тебя вечером навестить, есть плохие новости. Я слышал разговор сестры и Эммы.
— Почему сдаешь сестру?
— Да я не сдаю, все равно уже все решено. Просто, поверь, Магда не плохая. Она сделает все, что в ее силах. Я не помню уже, когда она в последний раз спала.
— В чем дело?
— Она использует магию вуду. Что ты знаешь о вуду?
— Кукол делают, куриц режут, пляшут у костра, — размеренно начала я перебирать факты, почерпнутые из фильмов.
— Почти верно, вот только вместо курицы нужна будет человеческая жертва, если энергетического шара уже не будет.
— Умеешь ты расслабить. — Я резко встала. — Так меня берут как курицу на убой?
— Нет, Магда ищет сейчас магические талисманы, делает все возможное, но поосторожней там.
— Зачем ты мне это говоришь?
— Вдруг тебя потянет на героизм. Я знаю сестру, такая темная магия сгубит ее душу. Я защищаю ее. Не позволь ей сгубить и себя. Мне говорили, что ты удачливая, воспользуйся этой удачей.
— Эта магия — глупости, — вздохнула я. Солнце ласково грело кожу, ветерок, смешанный со сладковатым запахом каннабиса, нежил волосы, вот только внутри льдинками зарождался страх. Слова Эммы снова прозвучали в голове как приговор, отчего стал острее чувствоваться запах травы и машинного масла, ощущаться грубая тряпка под рукой. — Знаешь, Лэнг, обещаю не сдохнуть. Спасибо.
