Я лежу на кровати, придавленная Русланом. Не имею возможности выбраться. А он бесцеремонно гладит моё лицо. Да, я угодила в его лапищи. Чёрт!
– Что ты задумал? – спрашиваю его в лоб.
Ведь очевидно, что самое интересное он приберёг на потом. Вряд ли дело ограничится лишь троллингом и покраской машины.
– Это будет сюрприз, – бросает Руслан, наконец-то поднимаясь с меня.
Теперь я могу дышать полной грудью, но мне не дышится. Сейчас я как никогда отчётливо понимаю, что Руслан не собирается меня прощать. Ему не нужны мои извинения. Он приберёг для меня что-то «интересное» в своей садистской манере.
Руслан проходит к двери, находит выключатель, врубает свет в комнате. Под его тяжёлым взглядом резко сажусь, поджав под себя ноги. В темноте я чувствовала себя как-то безопаснее.
Мажор внимательно рассматривает меня, словно видит впервые. Его немного удивлённый взгляд пробегается по моим плечам и коротким шортам. Но он быстро отворачивается и оглядывается по сторонам. Лениво потягивается.
– Итак… Где ты будешь спать?
Я ещё не отошла от прошлого раунда, а он уже вновь нападает на меня.
– Я буду спать на своей кровати, – стараюсь говорить спокойно.
– Нет, она слишком маленькая. И ты будешь мешать мне спать. Так что, лучше ложись на полу, рабыня.
У меня от его наглости даже давление поднимается. Швыряю в него подушку и попадаю прямо по надменному лицу.
– Я буду спать на своей кровати! – отчеканиваю категоричным тоном. – А пол в твоём распоряжении.
– Да уж, конечно! – фыркает Руслан, приближаясь.
Я с опаской перебираюсь на другую сторону кровати. Он кладёт подушку на постель и тут же ложится. Похлопывает ладонью рядом с собой.
– Выруби свет и ложись, – говорит таким тоном, словно по-другому быть не может.
Но на самом деле по-другому действительно не будет. Пол слишком твёрдый. И у меня нет ни второй подушки, ни запасного одеяла. Ни матраса, в конце концов.
Я собираюсь встать с кровати, чтобы подойти к выключателю, но Руслан хватает меня за руку. Резко садится и пальцами второй руки ловит прядь моих волос. Всматривается.
– Блондинка, да? Под этой синей хренью ты блондинка? – кривится он.
Скосив глаза, я тоже смотрю на прядку. Там на кончиках волос краска немного подсмылась, открыв мой натуральный цвет – пепельный блонд.
– Да, блондинка. Разочарован? – выстреливаю в него злым взглядом.
– Очень! – фыркает Руслан. Отпускает волосы, потом мою руку. Снова ложится на подушку. – Мне по вкусу брюнетки. Они более знойные. Или рыжие. Ооо… Рыжие – это страсть в чистом виде. А блондинки… Короче, не в моём вкусе.
Скривившись, вскакиваю с кровати. Прохожу к двери и бью по выключателю.
Блондинки ему, видите ли, не угодили!
– Знаешь, я с тобой согласна насчёт рыжих, – бросаю ядовито. – Обожаю рыжих парней. Они добрые, милые, весёлые… В отличие от брюнетов.
– Ложись спать, эмо! – бросает он с угрозой. – Иначе завтра в рыжий тебя покрасим.
Я нехотя плетусь к кровати. Обхожу её, осторожно сажусь на самый край. В комнате так темно, что я почти не вижу Руслана.
– Давай сразу договоримся, – говорит он с усмешкой. – Я чутко сплю, и если ты решишь задушить меня подушкой или сбросить с кровати, то поверь – быстрее сама окажешься задушенной. Или сброшенной на пол.
– Жаль, – бросаю я совершенно спокойным голосом. – Жаль, что ты так сильно меня недооцениваешь.
Медленно ложусь рядом с мажором, поймав себя на мысли, что дышу через раз, как бы ни старалась выглядеть отважной.
Кровать действительно слишком узкая, и сейчас мы лежим настолько близко, что наши плечи соприкасаются. Одеяло осталось под нами, но в комнате довольно тепло, чтобы укрываться.
Оба смотрим в потолок. Точнее, я смотрю в потолок, и мне хочется верить, что Руслан не смотрит на меня.
Наверное, это будет самая сложная ночь в моей жизни.
Руслан
Блондинка, значит…
В моей жизни было полно девчонок, но ни разу не было натуральных блондинок. Крашеные были.
В принципе, мне плевать на её природный цвет волос. Я просто поддевал Вику. Но всё равно почему-то удивлён сейчас тем, что она оказалась блондинкой. А ещё тем, как прекрасно она выглядит в шортах.
Когда она продефилировала к выключателю, чтобы погасить свет, я немного залип на её фигурке. В частности, на стройных ножках.
Не будь на её волосах этого синего безобразия, я подумал бы, что эмо бесследно исчезло, и теперь передо мной кто-то другой. Весьма соблазнительный.
Но я стараюсь почаще напоминать себе о том, что это всего лишь та же девчонка-эмо. Моя личная игрушка на неограниченный срок. Ведь она не сможет покрасить мою тачку, уж об этом я позабочусь. А значит, Вика проиграет, и я заполучу её на то время, пока она будет мне нужна…
Девчонка ворочается рядом на постели, пытаясь найти удобную позу. В итоге отворачивается от меня, ложится набок. Я тоже ложусь набок, лицом к её синему затылку. Тихо дую на волосы на её макушке. Она машинально проводит по ним ладонью. Убирает её, и я снова дую.
Вика бросает взгляд через плечо, сверкнув на меня негодованием.
– Тебе что, пять лет?
