Белыми, вернее алыми воронами в зале являлись редкие писцы и Локко Новре, представитель Администратума. Не такие влиятельные как инквизиторы, и не столь фанатичные, как слуги Церкви, они являлись глазами, ушами, а иногда и голосом остального Империума на этих собраниях псайкеров. Валерика почти усмехнулась, видя их стеснение и неловкость. Локко, средних лет смуглый мужчина с едва видимыми тёмными волосами и вовсе сжался в своей алой робе, словно перепуганный ребёнок. Она сомневалась, что чиновнику хватит смелости сказать хоть что-то, хотя учитывая то, какую тему она хочет поднять — кто знает…
— Со всем почтением приветствую вас, господин Новре. — Валерика поклонилась. В иной ситуации она так же спросила бы, как тот поживает, но не пристало псайкеру так легко и непринужденно беседовать с обычным человеком, тем более наделенным какой-никакой властью. Вместе вопросов и дополнительных комментариев верховная настоятельница села между ним и своим коллегой.
— Да, приветствую, Валерика, — бросил Локко, ещё сильнее сжавшись в свое алое одеяние и бросив на неё мимолётный взгляд, словно боясь попасть под её чары. — Надеюсь, это не займёт много времени.
Она мысленно улыбнулась неприкрытым страху и презрению чиновника. Забавно было видеть, как их в кои-то веки так откровенно боятся.
— Не переживайте, всё действительно должно быстро закончится.
Наконец, в сопровождении рослого слуги в зал внесли Орсо Отрини — самого старшего из братии верховных настоятелей Сионы. Пожилой псайкер едва видел, десять лет назад к тому же неудачно сломав ногу. Кость срослась неправильно, и с тех пор старик мог нормально передвигаться лишь с чужой помощью. Тем не менее, его опыт, силу и возраст все уважали. На редких собраниях именно его голос чаще всего был решающим.
— Благодарю, Натаниэль. — Орсо неуклюже поместил своё дряхлое тело в глубокое кресло. — Постой рядом, не отходи далеко. Можешь слушать всё, о чем мы будем говорить. Не думаю, что речь зайдет о чём-то сильно секретном.
«Если бы только знал, старик», подумала Валерика.
Орсо она уважала наравне с остальными, но так же для неё не было секретом, что тот лишь успешно строил из себя доброжелательного старца, — а на деле был безжалостным карьеристом, готовым на любые жертвы среди своих учеников и даже коллег, лишь бы сохранить свою жизнь и свой пост. Острожный, беспринципный, лживый и жестокий старик, без всяких сомнений, доживший до столь преклонных лет лишь благодаря этим своим личным чертам.
Согласно традиции, Орсо и начал собрание.
Сначала всё шло довольно обыденно: обмен новостями, обсуждение недавних событий. Постоянной, и особенно важной являлась тема наиболее ценных, способных учеников. В конце концов одна из важнейших задач верховных настоятелей заключалась в поставке Империуму как можно более сильных, но при этом стабильных псайкеров. Вечная дилемма, учитывая то, что многие даже не доходили до стен Астра Телепатика, а другие по тем или иным причинам гибли в ходе обучения.
Валерика предпочитала больше слушать, чем говорить, хотя сначала на неё обрушился целый шквал вопросов: последние полгода в Кардене было неспокойно. Она терпеливо, сдержанно отвечала, не желая сильно вдаваться в подробности. Для неё не было секретом достаточно насмешливое отношение коллег к её восприятию собственных учеников. Подавляющее большинство верховных настоятелей просто делали свою работу, не желая рисковать своими местами. В конце концов, дети идут сплошным, непрерываемым потоком, а в последнее время их рождается ещё больше, а верховных настоятелей буквально единицы. Одной сотней учеников меньше, одной больше, — какая разница?
Однако несмотря на это, прекрасно зная о нелегкой жизни обычных санкционированных псайкеров в Империуме, Валерика не могла их серьёзно осуждать. Сложно порицать людей за то, что они потом и кровью добились серьёзных должностей и теперь готовы отстаивать их до последнего. Валерика не считала себя настолько идеалистичной, чтобы слепо считать, будто все должны разделять её достаточно опасные убеждения. Каждый человек рвётся к личному счастью, и лишь единицы готовы пожертвовать им, ради счастья других.
Внимательно слушая собравшихся, Валерика узнала, что таких же сильных, талантливых учеников как Руксус на всей Сионе от силы двое, и то нет никаких гарантий, что у них такой же огромный потенциал. Узнав это, она невольно почувствовала гордость за мальчика.
Обычное течение негромких переговоров сменилось глухой тишиной, когда Валерика, поднявшись с места, выдвинула на общее обсуждение своё предложение. Все застыли, как изваяния, изредка обмениваясь ошеломленными взглядами.
Орсо кашлянул, чем нарушил повисшее молчание:
— Мы тебя верно услышали, Валерика Винезия? Мы не ослышались?
— Разумеется нет, многоуважаемый Орсо.
По зале прошёл тревожный шепоток, Локко сидел бледный, словно мертвец. Отрини снова кашлянул.
— И всё же повезло, что на наших собраниях давно не присутствуют члены святой Церкви — иначе тебя сожгли прямо на месте, дорогая Валерика. Ты вообще слышишь себя?