— Крепость жалких лоялистов взята, господин. Они пытались сопротивляться, как и все мягкотелые слуги Трупа на Троне, но были смяты и уничтожены.
Только после этих слов Незамутнённый повернулся к нему, мысленно радуясь тому, что череполикий шлем полностью закрывает его лицо, иначе бы все увидели скупую, жёсткую, но в то же время теплую улыбку.
«Селтигар, мой верный боевой брат, мой сержант, с которым мы прошли столько битв…и куда это занесло нас? В руки одной из Губительных Сил, чьей мощью я хочу воспользоваться… Мне открылась истина, и пусть мы оба теперь Чемпионы Кровавого Бога, на тебя это повлияло куда как сильнее. Во что ты превратился, мой дорогой друг? В бездумное, кровожадное животное, жаждущее лишь бессмысленных разрушений. Это горькая цена, но я…я был готов её заплатить».
— Это славная победа, Чемпион, — объявил он вслух властным, суровым голосом, — приблизившая час падения Империума, однако не стоит останавливаться. Череда наших триумфов не должна прерваться. Следующая цель — Белая Гавань, а за ней и столица. Мы возьмём Атоллу и предадим Серапис во власть Кхорна.
Он требовательно посмотрел на своих возвышенных.
— Думаю, я уже давно не должен задавать подобных вопросов, но расставлены ли патрули? Налажены ли линии снабжения? Починена техника, подвезены подкрепления?
Лидеры других военных банд, присоединившихся к нему из-за его права сильнейшего, лишь озадаченно переглянулись, кто-то даже опустил взгляд в заснеженную землю.
— Я так и думал. Вы празднуете, и отчасти я понимаю ваш порыв, но останавливаться нельзя. Наведите порядок, живо. Завтра мы продолжим наступление.
Среди всех собравшихся тут же пошли шёпотки, смешанные с громкими приказами. Началась суета. К Андроатосу приблизился космодесантник в полностью красной броне, без шлема. Его открытое, мутированное лицо покрывали причудливые, но жуткие письмена.
— Прости, великий, но я обязан сказать.
Андроатос словно заставил себя посмотреть на приблизившегося.
— Внимательно слушаю тебя, темный апостол Вимунд. Как представитель Несущих Слово, сынов Лоргара, первых отвернувшихся от ложного Императора, ты имеешь несколько больше прав, чем остальные.
— Восхваляю твою проницательность и благодарю за такое уважение к славному прошлого моего Легиона, — поспешил ответить слуга всего Хаоса Неделимого. — Мы действительно первыми прозрели истину, едва не сокрытую от нас гнусным лже-Императором, — и с тех пор рьяно несём её свет в остальную Галактику. Я и мои братья присоединились к тебе, потому что ты так же несешь Их слово, пусть и восхваляешь лишь одну из граней. На мой взгляд, это не совсем правильно, но речь сейчас не об этом. — Темный Апостол переступил с ноги на ногу, сделал голос чуть тише: — тебе стоит быть чуть повежливее с остальными, Чемпион. Чуть…терпеливее. Они присоединились к тебе, но не присягали, не приносили клятв. Ты ведешь их потому, что они видят в тебе достойного лидера, способного привезти их к победе, новой добыче и рабам. Но никто из них, включая меня, не твои пешки. Разве что кроме Варна… Но судьбы всех остальных в руках Темных Богов.
— Если ты ещё не понял, апостол… я — проводник их воли в этом Походе, именно благодаря мне Губительные Силы одерживают в этом секторе победу за победой. И если вы хотите, чтобы так продолжалось и впредь, вы обязаны подчиняться
Несущий Слово незамедлительно отступил на несколько шагов назад, даже слишком поспешно. Андроатос беззвучно хмыкнул.
— Просто совет, великий, не более. Я никоим образом не учу тебя…
— И не пытайся.
Никто ещё не забыл, что случилось с Боргосом — последним из астартес, пытавшихся бросить вызов Андроатосу. Боргос, будучи таким же берсерком Кхорна, яростно протестовал против участия в Походе других варбанд. Споры продолжались довольно долго, в итоге окончившись самым закономерным образом — дуэлью. Незамутнённый практически выпотрошил Боргоса, а изуродованное тело долго висело напоказ, при этом почти всем было очевидно, что всё время их короткой схватки Андроатос играл с противником, лишь под конец решив биться где-то в полсилы. Поверженному хватило менее минуты.
Чемпион обернулся. Силуэты лидеров других банд едва виднелись в темноте для обычного глаза, но обострённое зрение космодесантника, усиленное линзами шлема, позволяло четко их разглядеть.
Темный Апостол Вимунд не стал надевать шлем обратно, ушёл в едва разгоняемую фарами техники и кострами тьму. Его тут же окружили другие несущие слово.