Псайкер. Путь изгоя полностью

Когда распределение подошло к концу, Наафалилар поднялся в кресле и прочитал недолгую, но величественную речь, вся суть которой сводилась к тому, что только в очищающем пламени презренные мутанты, именуемые псайкерами, могут найти прощение в глазах истинного повелителя Вселенной — Бога-Императора Человечества.

— Это необходимая жертва, верная моя паства, но не ради них, ненавистных, а ради нас. Они должны принять смерть, дабы жили мы. Ведь известно всякому верующему, что нет в этой Галактике более коварного, алчного и богохульного существа, как псайкер. Никогда, ни при каких обстоятельствах не позволяйте обмануть себя, люди! Да, в чём-то, отдаленно, псайкер похож нас, — но лишь на первый взгляд. У колдуна больше общего со зверем: ему следовало бы двигаться на четвереньках, и верно прислуживать нам, правоверным, но коварством Извечного Врага они наделены волей! Человечеству никогда не приручить псайкера, но разве есть в том нужда? Пусть рассудит пламя. — Голос Наафалилара звучал по всей округе, по всем каналам и радиостанциям, лицо его, спокойно-воодушевленное, показывал каждый телеэкран.

— И под вечным осуждающим взором Бога-Императора ступают они, и нигде им не видать покоя, — привел под конец своей речи выдержку из Священного Писания епарх. — Ни под одной крышей не найдут они приюта. Ни одно живое существо не пожелает стать их другом. Любое любящее сердце отвергнет их. Рождённые в грехе, они живут во лжи и умрут во страхе. Таков путь псайкера, рассадника Вечного Зла, и так будет во веки веков. Молитесь, братья и сёстры!!

Из столбов со свистом вырвались металлические щупальца, в мгновение ока плотно окутавшие своих ничего не подозревающих жертв. Затем под крики, полные невыносимого страха, столбы выпустили толстые трубки, грубо впившиеся в тела приговорённых. Внутрь с глухим рокотом будто что-то потекло.

— Марианна, мне больно! Очень больно!! — взорвалось в её голове. Девочка даже пошатнулась, но Руксус придержал её. Из-за прочной ментальной связи они со всей ясностью почувствовали, будто это их самих приковало к столбам и вонзились трубки с неизвестной жидкостью. Каме обеспокоенно посмотрел на них, с трудом подъехал чуть ближе, взял Марианну за руку.

«Я тоже помогу. Держитесь».

— Руксус, мне очень, очень больно! Оно льётся внутрь меня!! — страшно вопил Дамьен. — Помоги мне, пожалуйста! Спаси! Спаси меня и маму!

— Мы не можем, малыш. Прости. — У Руксуса нестерпимый ком стоял в горле. — Скоро всё закончится, потерпи ещё немного. Ты ведь очень сильный, правда?

Вероника со всей пугающей ясностью поняла, что и ей, и её любимому сыну осталось жить считанные минуты. Она посмотрела вниз, туда, где от боли и ужаса корчился Дамьен. Жгучие слёзы с новой силой потекли из её глаз.

— Я люблю тебя, сынок. Всегда любила.

С громким хлопком из основания шестов вышли небольшие круглые трубы, похожие на выхлопные.

— Прости меня, пожалуйста, что не смогла тебя спасти! Прости!

— МАМА!!

Крик сотни с лишним людей заглушил рокот вырвавшегося столба пламени.

Жидкость, пущенная внутрь псайкеров, имела крайне сильные горючие свойства, так что тела их начали плавиться изнутри, словно трубы, переполненные водой. Пузырилась и вздувалась кожа, под которой кипела раскалённая до сверхвысоких температур жидкость. Из-за неё резко усилился и без того нестерпимый запах горящей плоти.

— МАРИАННА, Я ГОРЮ!!

Девочка не выдержала, рухнула на колени. Слёзы безостановочно текли по её горячему лицу.

— Я…я не выдержала. Не смогла. Слишком больно. Нестерпимо. Руксус, мы все же оставили его одного. Кроха встретил смерть в одиночестве.

Руксус склонился над подругой, крепко, со всей силы прижал к себе.

Пустота, ненависть, злость, жгучее одиночество охватили его с головой, ибо в отличие от него, от остальных псайкеров, невольных зрителей жуткой казни, толпа вокруг них искренне ликовала. Слепой религиозный фанатизм, смешанный с суеверным страхом перед неизведанным и опасным, охватил разумы десятков тысяч людей, собравшихся на площади.

— Поделом! За дело дохнут!!

— А побольше их поймать нельзя было?!

— Так им и надо! Пусть горят!

— Мало они мучаются, мало!

Радостным крикам вторил душераздирающий вопль заживо плавящихся изнутри людей.

Толпа желала смерти псайкерам, желала их с Марианной смерти. Этих людей было так много вокруг, в сравнении с кучкой столпившихся учеников школы Астра Телепатика…Слишком много, слишком мало. Стоит толпе захотеть — и они задавят ненавистных ей псайкеров одним лишь числом.

На какое-то мгновение Руксус встретился взглядом с молодым темноволосым парнем, единственным, в котором не чувствовалось общее злорадство. Наоборот, юноша был одним из немногих, кто с неподдельным ужасом наблюдал, как плавятся тела, как истошно, нечеловечески они кричат перед смертью.