Демон подошел совсем близко, схватил его за горло, приподнял над землей (землей?).
–
Что-то, более всего похожее на луч света вошло в его сознание, озарив всё вокруг. Демона он коснуться не успел – тот отшатнулся, выпустив добычу из рук. Мальчик успел увидеть синие, полные бесконечной алчности, голода и злобы глаза, тянущиеся будто в саму бесконечность.
–
Силуэт демона неохотно развеялся, и Руксус вернулся в свою комнату.
Горячо, очень горячо. Глаза ещё не привыкли к Материальному Миру, но он уже видит что-то чёрное. Кто-то прикоснулся к его спине.
Дверной проём и буквально всё от него на расстоянии трёх-четырёх шагов обуглилось, кое-где ещё тлело пламя. На краю чёрного круга сидят его друзья, удивлённые и потерянные. Руксус заметил ожоги на Марианне и Альберте. Он обернулся. Верховная настоятельница смотрела на него одновременно строго, с жалостью и надеждой.
Только тогда весь ужас от страха потерять самое себя, рухнул на мальчика всем своим весом и он, ничего не стесняясь, заплакал. Никогда ещё в жизни он не был так близко к грани. Валерика прижала его к груди, стала гладить по длинным, светлым волосам.
–Тшш, тихо, мой мальчик. Успокойся, всё прошло.
Руксус всё еще видел размытый силуэт демона, неумолимо идущий в его сторону, что бы он ни делал. Новый поток слёз хлынул из его глаз. Мальчик пытался сказать что-то, но вырывался лишь истеричный рёв.
–Ты теперь в безопасности, Руксус. Ну-ну, тихо, тихо. – Она поцеловала его в лоб, прижала к себе ещё сильнее.
–Настоятельница, я, я…
–Да, мой мальчик, я знаю. Едва узнав о бедной Сарочке, я прибежала сюда, и похоже, вовремя. У тебя замечательные друзья, Руксус. Марианна и Альберт пытались помочь тебе, но ты жёг всё, что было вокруг тебя.
Сквозь пелену слёз Руксус увидел, что это правда. Пол и потолок ещё можно было отремонтировать, но от двери остались лишь тлеющие щепки.
–Я…я правда не хотел, но Сара…
–Да, она была дорога тебе. Дорога всем нам. Но глупышка ослушалась учителя, пропустила через себя больше энергии, чем могла контролировать, и начала мутировать. Стражам ничего не оставалось…
–ЭТО ОНИ ВИНОАТЫ! ОНИ ЗАПЛАТЯТ!!
–Тише, Руксус, тише, – верховная настоятельница прижала его еще сильнее, так, что он с трудом стал дышать. – Повезло, что они тебя сейчас не видели, но вот твою вспышку утаить уже не получится. Ты понимаешь, Руксус? Ты не только обжёг друзей, но и снова показал остальным, что у тебя проблемы с контролем своего Дара. Ты должен быть куда осторожнее.
До мальчика понемногу начало доходить. Он встал на ноги.
–Я…я не специально ведь…
–Знаю малыш, знаю, но теперь мне придётся это как-то объяснять. Я спасла тебя от одержимости, но от гнева Церкви уже могу не укрыть. Им очень сильно не понравится то, что ты сделал.
–Но я пообещаю так больше не делать!
–Клятвы мутанта их не волнуют, мой мальчик, и ты это знаешь.
Она тоже встала во весь свой внушительный рост, ещё раз погладила Руксуса по волосам.
–Всё, постарайся к вечеру прийти в себя, хорошо? Сейчас я скажу Ронне, она найдет вам новую комнату, а эту будем ремонтировать.
Голос верховной настоятельницы оставался спокойным, хотя во взгляде застыла тревога. Она едва не потеряла двух своих детей всего за один день, – и это внутри её же школы! Одного она все же успела спасти, но вот вторую…
–Мне очень жаль, Руксус. Марианна, дорогая, подойди. Вот умничка. Ну всё, не плачь. Да, я знаю, она тебе была как родная сестра, но на всё воля Владыки…
Валерика почти ненавидела себя за эти слова, но что ещё она может сказать? Да, перед ней в большинстве своем ещё дети, но они уже многое понимают. Они видели милость и любовь Императора к псайкерам, видят их проявления каждый день. Как она может объяснить ещё совсем детям, что Бог искренне ненавидит их?
Марианна сильно изменилась с тех пор. Стала ещё реже шутить, улыбаться. Постоянно ходила со столь суровым лицом, словно намерена идти прямо в битву. Даже с Руксусом она пыталась реже пересекаться взглядами, что говорить об остальных.