Псайкер. Путь изгоя полностью

– Эй, ты куда?!.. – кажется, комиссар. Пёс Империума. Пусть только не обожжётся, пытаясь наблюдать за ним.
Бушующий огненный прилив продолжился, покатился дальше. Волна охватила всю колонну. Металл густой отвратительной жидкостью стекал с техники ровно так же, как кожа – с костей. Еретики умирали прежде, чем опадали на землю, оплавленные до самого скелета – и даже тогда пламя продолжало жадно пожирать их плоть.
Всего одним использованием своего Дара Руксус остановил целую атаку. Чувствуя легкий зуд в голове, он на мгновение обернулся. Видели, трусы? Вы не понимаете эту силу, и потому боитесь её. Вот она, во всей своей красоте. Вам никогда не повторить подобного.

– Руксус, вернись!..

Пламя наконец-то нашло свой выход. Теперь его голод ни за что не утолить.

–Колдун, вернись на место, или я убью тебя на месте!!
Руксус повернулся вновь. Ему хотелось сказать «попробуй», но тут за его спиной вновь раздался рокот. Рядом разорвался снаряд и он упал. Неизвестно как чьи-то знакомые руки схватили его за плечи и потащили за собой.

– Брат, давай обратно! Куда ты вообще вылез?! Это же самоубийство!

Юноша слышал этот голос словно сквозь толстый шлем, и даже не до конца мог понять, кому он принадлежал. Похоже, меня контузило.

Альберт с трудом вернул Руксуса обратно в траншею, уложил у стенки. Взгляд у огненного псайкера блуждающий и растерянный, руки то и дело тянутся к голове. Ну и дурак ты, даже со злобой подумал Альберт. Кто-то рывком повернул его к себе.

– Если эта тварь ещё раз не подчинится приказам, я его точно пристрелю, клянусь тебе! – зарычал обеспокоенный комиссар Вермонт. – Клянусь Святой Террой!

– Не сомневаюсь в вашей клятве, господин комиссар, – спокойно, насколько это возможно, ответил Альберт. – Простите его, пожалуйста. Тем более…вы же видели, что он сделал. Ну, до этого… Его сила ещё нам пригодится.

Вермонта это явно не убедило.

– Я сказал тебе, чтобы подобное больше не повторялось. Или пусть подчиняется, или пуля. А теперь на позиции!..

Альберт заметил, как к их траншее приблизился небольшой отряд. Всего парой коротких залпов из дробовиков они изрешетили шестерых гвардейцев и ещё минимум столько же ранили. Это штурмовики, понял юноша и бросил короткую телекинетическую волну. Еретики рухнули, некоторые точно себе что-то вывихнули или даже сломали. Гвардейцы поспешили добить их.

– Хорошая работа, псайкер, – похвалил Альберта сержант Флавий. Юноша знал его, ибо незадолго до боя они перебросились парой фраз. Гвардеец при этом показался Альберту вполне приятным человеком.
Наступала новая волна. Солдаты убили многих, но это будто не останавливало врага. Когда позволило расстояние, Альберт бросил ещё одну волну, на этот раз мощнее, и увидел, как многие из тех, кого он ею задел, получали открытые переломы. Окровавленные кости торчали из неестественно вывернутых тел. «И это делаю я», отрешенно подумал Альберт. «Моя сила, мой дар. Должно быть, подобную власть каждый раз чувствует Руксус».

Тяжелая стабберная очередь расчертила их позицию, убив ещё двоих. Юношу обдало кровавыми брызгами. Не тратя времени на брезгливость, он сотворил полупрозрачный щит перед траншеей, впитывавший все атаки. Учитывая плотность огня, поддерживать его было крайне непросто, но Альберт держался, как мог. К невыносимому смраду дыма, гари, расплавленного металла и плоти смешался запах озона.

Казалось, через целую вечность над ними будто нависла тень. Защитники с ужасом увидели, что на них надвигалось три вражеских Имперских Рыцаря. Нечестивые руны, письмена и символы покрывали их вытянутые, но подвижные тела. Черепа и целые куски плоти нанизаны на многочисленные ржаво-красные шипы. Везде один и тот же знак – словно знакомый, но в то же время бесконечно отталкивающий.

–И как же нам справляться…вот с этим?