Легкие… Вместо них я вижу черную бесформенную массу, структурой напоминающую овсяную кашу. Пытаюсь ее вытащить, но она растекается по ладоням и ускользает сквозь пальцы.
Что я хотел увидеть? Зачем это все? Я просто теряю рассудок. Теряю связь с миром…
Дикие не шевелятся, не мычат, не говорят со мной. Очередная галлюцинация. Еще пара таких приступов, и я окончательно сойду с ума.
Окруженный мертвецами.
Своими жертвами.
Я сижу на полу.
Хочется есть…
Отмыться. Нужно отмыться. Вода заберет грязь, унесет в трубы пот и гниль. Она должна очистить тело.
Я шаркаю в ванную с опущенной головой.
Кран – настроить теплую струю из душа. Сбросить кеды. Стянуть носки. Размотать с предплечья порванные белые футболки. Снять свои футболку, шорты и трусы. Увидеть в зеркале худощавое тело, осунувшееся лицо и пустой взгляд.
Выполнено.
Теперь под душ…
Я захожу в комнату, обмотанный ниже пояса полотенцем, чтобы не смущать Варю. Бросаю на кровать пистолет, телефон и тщательно отмытую финку.
– Привет…
Радость в глазницах.
– Все хорошо, просто кое в чем разбирался, – я улыбаюсь Варе и лезу в шкаф за свежими вещами.
Под полотенцем надеваю «боксеры» и бросаю его на пол. Тянусь за шортами, но нарастающий рокот за окном меня прерывает…
Догадка.
– Вертолет? А ну-ка, пойдем, – я тащу Варю на лоджию и ставлю рядом с собой. – Вон там, видишь?
Не один, а целых пять вертолетов грохочут с левой стороны. Довольно низко над землей. Они ближе и ближе. Уже можно рассмотреть некоторые детали и понять, что это военные. В сером цвете, хищные вытянутые морды…
Тот, что позади всех, сбрасывает скорость, снижается и зависает метрах в двадцати над небольшим пустырем напротив дома.
– Поздновато для помощи населению… Что думаешь?
Молчание – знак согласия.
Боковая дверь вертолета отъезжает в сторону. Наружу выплевывается веревка и, как только она касается земли, один солдат проскальзывает по ней вниз, отбегает в сторону и достает из-за спины автомат.
Облаченный в черную форму, с противогазом на голове он застывает на месте, походя на безжизненную статую.
На шум собираются Дикие. Плетутся со всех сторон к вертолету, из которого спускаются еще четверо солдат. Такая же форма, такие же противогазы. Рассредоточившись по кругу, они вскидывают такие же автоматы и также застывают.
Любопытство.
– Да, и мне интересно… – говорю я, наблюдая, как вертолет набирает высоту и скрывается из вида.
На смену грохота лопастей приходят звуки выстрелов, эхом разносящиеся по округе. Привлекают новых тварей…
По одной пуле на Дикого. Без лишних движений, без потраченных впустую патронов. Четко и слаженно. Они держат под контролем все направления, не давая шанса близко к ним подобраться.
– Может, это удачный момент?
Опасение.
– Им там не до меня. Все получится… – внезапная волна бодрости и воодушевления толкает на действия. – Если не буду тормозить, то успею.
Я возвращаюсь с Варей в комнату.
Свободные шорты болотного цвета, свободная бордовая футболка – ничто не должно сковывать движения. Носки белые.
Усмешка.
– Разве что, на свидание со Смертью…
От этих слов Варя мрачнеет.
– Да шучу я! Шучу! – я подбегаю к ней, хватаю за костлявые кисти, и кружу ее по комнате.
Колесики, прикрепленные к стойке, на которой держится Варя, чуть слышно скрипят.
– Так, не отвлекай. Я быстро… Туда-обратно, – я возвращаюсь к шкафу и обдумываю, чем получше замотать левую руку.
Рваные футболки – неплохо, но…
Где-то на кровати вибрирует телефон – подлетаю с колотящимся сердцем и смотрю на экран.
Артем… Принимаю вызов.
– Артем! Живой?! – зачем-то кричу в трубку.
– Крис… Да, живой… Пока… Пока что. Ты где? – говорит он неуверенно и сбивчиво.
– Дома, а ты? Где Ева?
– Я в бургерной застрял… Мы на прошлых выходных тут сидели. Помнишь? – Артем переходит на полушепот.
– Помню. Ева с тобой?
– Нет. Она в Эрмитаже. В каком-то зале с другими детьми и экскурсоводом закрылись.
Артем и Ева живы – хорошо. Даже недалеко друг от друга. Но то, что они в центре города – плохо. Очень плохо…
– Ты один? Что снаружи?
– Да, один. Было еще трое, но… теперь… Крис, скажи, что я сплю… – его голос дрожит.
– Хотелось бы верить. Ты видел, что с людьми происходит?
– Это разве люди… Твари какие-то. Одержимые… Почти все такие. Но… эти трое со мной. Их тошнило, а потом… Они просто не встали, – Артем судорожно выдыхает.
– У меня тут то же самое… Ты не ранен?
– Нет… Нет. А ты как?
– В порядке, – я провожу ладонью по шее. – Я Еве не смог дозвониться. Она как? Держится?
– Держится. Ты же знаешь… Она сильная.
– Да уж. Надо ее оттуда вытаскивать. Мне бы к тебе попасть…
– Забудь. Пешком ты будешь полдня тащиться. Не факт, что дойдешь… Там столько тварей… А дороги завалены машинами, так что и на колесах не вариант.
На колесах…
– Попробую найти мопед или мотоцикл. Или велосипед… Даже если на велике ехать, то доберусь часа за полтора. Может, раньше.
– Все равно долго. А вдруг с Евой что-нибудь случится? – Артем забеспокоился.
– Один ты точно к ней не доберешься. Вдвоем будет проще. Я тут набрался опыта… Короче, прорвемся. Ты только жди на месте, – я надеюсь, что Голос будет на подхвате.
