Псевдонимы В.И. Ленина полностью

Это прозвище по-своему характерно. Оно говорит, во-первых, о чувстве юмора, которое было присуще Ленину, а во-вторых, о том, что сама по себе эта реплика даже в устах столь малопочтенной особы, как Ляпкин-Тяпкин, в какой-то мере соответствовала одному из идейных принципов Владимира Ильича «до всего доходить собственным умом». И в самом деле – острый критический ум, глубокая эрудиция, большая образованность позволяли ему в решении сложнейших вопросов общественной жизни и науки уже в то время проявлять удивительную творческую самостоятельность.

Вот почему на вопрос – партийная кличка или шутливое прозвище? – можно ответить: и то и другое.

Однако же надо заметить, что «Тяпкин-Ляпкин» никогда не был настоящим псевдонимом Владимира Ильича.

Приехав в Петербург, Ленин, как известно, не ограничился участием в подпольном марксистском кружке, а сразу же принялся за широкую пропаганду марксистских идей.

Передовые рабочие Петербурга скоро узнали и полюбили молодого пропагандиста – коренастого, невысокого роста человека, с небольшой рыжеватой бородкой и с удивительно ясными, проницательными глазами.

Рабочие называли своего пропагандиста Николаем Петровичем. Один из участников этих кружков – М.М. Бодров впоследствии вспоминал, что дни занятий с «Николаем Петровичем» были лучшими днями его жизни. Он писал: «У нас прямо глаза открывались. Мы чувствовали, что светлее становится после бесед с ним» ¹.

Но кем в действительности был «Николай Петрович», никто из участников кружков не знал. Однажды, когда после занятий «Николай Петрович» ушел, участники кружка спросили организатора: «Кто он такой?». Но организатор кружка В.А. Князев не мог ответить на этот вопрос, – он и сам не знал настоящей фамилии пропагандиста. Случай, однако, позволил Князеву узнать, кто же такой «Николай Петрович», и впоследствии он об этом рассказал в своих воспоминаниях. ²

В 1893 году у Князева умерла бабушка, служившая у одного генерала. Чтобы получить оставшееся от нее небольшое наследство, нужно было обратиться в суд. Товарищи посоветовали Князеву заручиться помощью адвоката и порекомендовали обратиться к помощнику присяжного поверенного Ульянову.

Известно, что Владимир Ильич был по образованию юристом и в первые годы после окончания университета занимался адвокатурой.

Ничего не подозревая, направился Князев по указанному ему адресу в дом № 7 по Большому Казачьему переулку. [6]

Он поднялся по мрачной грязноватой лестнице на третий этаж и позвонил в квартиру № 13. На звонок вышла хозяйка квартиры. Она сказала, что Ульянова дома нет, но он должен скоро прийти. Князев решил подождать и зашел в комнату Ульянова. Его удивила чрезвычайно скромная обстановка адвокатского жилья. Железная печь в углу, простая койка, стол с керосиновой лампой, два венских стула да еще этажерка для книг – вот и вся мебель.

«Небогато живет!» – подумал Князев. В это время раздался звонок, и вскоре в комнату вошел сам ее хозяин.

– А, вы уже ждете? – обратился он к Князеву. – Ну-с, одну минуточку: я сейчас переоденусь, и мы с вами займемся.

Князев посмотрел внимательно на адвоката и на миг растерялся от удивления: перед ним стоял «Николай Петрович».

Вот, значит, кто такой адвокат Ульянов!

Так неожиданно раскрылось инкогнито молодого революционера-пропагандиста.

Именно здесь, в скромной квартире по Большому Казачьему переулку, «Николай Петрович», или, скажем яснее, Владимир Ильич, написал упоминавшуюся выше статью «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве». Тут, по всей вероятности, он придумал и свой первый настоящий псевдоним – Тулин.

Если в рабочих кружках Петербургской стороны Владимира Ильича звали Николаем Петровичем, то на Васильевском острове он был известен как Федор Петрович. Отсюда – встречающийся в сочинениях В.И. Ленина сокращенный псевдоним «Ф.П.».

Бесполезно, видимо, пытаться выяснить происхождение этих двух партийных кличек. Очевидно, они возникли совершенно случайно. Главное их свойство – массовость, а ведь сам факт двойственности партийных кличек (в двух районах – разные) говорит об их основном назначении – служить конспирации. Интересно заметить другое: от этих конспиративных кличек, точнее, от их общего отчества (Петрович), по всей вероятности, произошел один из ленинских псевдонимов – Петров. Фамилия Петров означает ведь то же самое, что и Петрович, то есть: сын Петра.

Сейчас можно считать установленным, что еще во время пользования партийной кличкой «Николай Петрович» Владимир Ильич придумал для себя и псевдоним «Петров». Об этом говорят воспоминания С.Н. Мотовиловой, опубликованные сравнительно недавно. ³

Оказывается, еще в 1895 году, будучи в Лозанне (Швейцария), Владимир Ильич, знакомясь с Мотовиловыми, представился: «Петров».

Через несколько лет, в 1900 – 1901 годах, десятки писем Владимира Ильича были подписаны по-русски: «Петров» или латинским шрифтом: «Petroff».