Толпа тяжеловооруженных кроганов разошлась, пропуская фигуру в чёрно-розовой украшенной мантии. Потянувшись к капюшону, вождь кроганов усмехнулась и откинула его назад, открывая своё лицо. Пусть и являясь женщиной, она сильно напоминала крогана-мужчину, только горб поменьше и щит на лбу тоньше и с гребнями на нём. Кто-то или что-то некогда изрезало более мягкий женский щит, изуродовав его сложной вязью зубчатых линий и надписей на чужом языке. Тёмно-красные чернила заполняли борозды в щите, заставляя его выглядеть сложной кровавой короной. Обнажив зубы, кроганша пошла вперёд, её сопровождали другие, так же отмеченные шрамами и знаками, а заодно вооруженные всем, чем только можно.
— Убега Пэл. Когда-то она возглавляла женский клан на Тучанке. Это довольно новое явление: женские кланы. Обычно у них есть пара фертильных самок, а все остальные бесплодны, но вне клана никому не известно — кто из них там кто. Но каким-то образом тайна клана Пэл была раскрыта, потом на них напали. Другой клан — клан Раик, я думаю — забрал фертильных самок, а остальных оставил догнивать. Обычно этим бы всё и кончилось, но сёстры клана Пэл наоборот сплотились, вооружились, довели себя муштрой до исступления… и затем пошли в атаку. Они начали убивать мужчин клана Раик, а потом вообще всех мужчин подряд, и чрезвычайно изобретательными способами. В конечном итоге все кланы, и мужские и женские, вежливо попросили их свалить с Тучанки и никогда не возвращаться. Насколько мне известно, Убега Пэл и её сёстры — единственная женская банда кроганов за пределами нашей планеты. Они довольно опытны… но в основном берут злостью, очень-очень искренней злостью. Злы они уже на всю вселенную целиком.
Два кроганских наёмника медленно завалились вперёд, верхние половины их тел коснулись земли секундой раньше, чем упали нижние, вываливая внутренности и забрызгивая всё вокруг словно пара неисправных фонтанов. Через ещё вздрагивающие трупы переступил третий кроган, его рука прижималась к закрытому правому глазу, один толстый палец был вытянут в сторону. Губы шевельнулись, ящер беззвучно что-то произнёс. Его руки и спину прикрывала тяжелая алая инженерная броня с тускло светящимися оранжевым элементами. В левой руке кроган держал огромный прямоугольный клинок, почти с себя самого размером — скорее кусок громадного пропеллера, чем меч. Волны биотической энергии зловеще перекатывались по его руке, стекая к оружию.
— Последний… Джагод. Урднот Джагод. Я и не думал, что когда-то ещё увижу этого крогана. Он очень старый, Вазир. Но он не был изгнан и я готов жизнью поклясться, что его появление тут не имеет никакого отношения к делам Кровавой Стаи. Джагод мастер боя… но он живёт по старому кодексу, который был в ходу ещё до появления саларианцев на Тучанке.
— По старому кодексу? — спросила Тела с чисто формальным интересом. — Это как?
— Долго рассказывать, Вазир, — Рекс помотал головой. — Скажем просто, если Джагод на Корлусе, то он там наверняка сам по себе. Сомневаюсь, что с его стороны возможны проблемы, если только мы сами не будем их искать.
— Если бы я хорошо не знала тебя, — ответила Тела, через несколько секунд, — то предположила бы, что ты предлагаешь избегать этого Джагода.
— Он Урднот, — просто объяснил Рекс
— И это всё, что ты мне скажешь? — Спектра это не убедило.
— Мастер боя от мёртвого идиота отличается, в том числе и тем, что знает — когда нужно влезть в хорошую драку, и когда не соваться в плохую, — Рекс протянул ей планшет, Вазир забрала его из рук старого крогана.
— С какими силами мы спустимся на поверхность? — спросил Белый Варрен из-за спин этого дуэта крогана и азари.
Тела Вазир прошла через последнюю дверь, окунувшись в шум и суету мостика.
— Зависит от приёма, который нас там ожидает, — ответила она с ухмылкой, разглядывая толпу готовых к бою коммандос. И самое лучшее, ей даже не пришлось задействовать предоставленные Посредником ресурсы. — Но если Корлус это поле боя, то почему бы мне не прихватить с собой маленькую армию, правда?
Пришло время крушить черепа и получать ответы.
Голограмма на мостике «Тевуры» демонстрировала богато и пышно разодетого батарианца. Тот поднял руку, вероятно, подзывая одного из слуг, находящихся вне фокуса проектора.
— Ваша оплата… сейчас проводится… но пока всё выглядит как нужно. И раз уж мы ждём, Вития, Голубой номер четыре, будешь так любезна?
— Номер четыре, сэр, — ответила немолодая уже азари, ненадолго появляясь на голограмме чтобы выставить перед батараинцем украшенный сложной резьбой сосуд с благовониями.
Батарианский дворянчик дождался, пока она зажжет благовония, потом глубоко вдохнул, обонятельные гребни на его лице задрожали от удовольствия.
— Ох-х-х. Ох! Как раз это мне и было нужно, — он жестом велел слуге пододвинуть сосуд ближе, сделал ещё один глубокий вдох, закатив в экстазе все четыре глаза. — Винтажный аромат.
