— Не может быть! — Ящер вжал голову в плечи, опустил гребень и позеленел. Но потом взял себя в руки и дрожащим голосом продолжил. — Блок три, сто тридцать седьмые ворота. Позволю себе заметить, что на станции запрещено к ношению оружие, запрещены к проносу на станцию вещества, обозначенные в списке, который я передал на ваш корабль. Входная пошлина размером в пятьсот кредитов включает в себя пребывание на станции сроком до стандартных суток, для более длительного пребывания стоит доплатить. Если вы намерены что-либо продать, вам придется заплатить торговую пошлину, которая для корабля вашего класса составляет… — Он судорожно сглотнул, взглянув на мою вставшую дыбом шерсть и сердитый оскал. Вот ненавижу бюрократию! — пятнадцать тысяч кредитов.
— Я не собираюсь ничего продавать! И мне не понадобиться оружие, если я захочу кого-нибудь убить! — Пугать, так пугать!
— П-попрошу перевести входную пошлину на счет номер… — Начал было он.
— Заплачу наличными, как только пристыкуюсь! — Перебил я его. Счета у нас не было, но немного наличности я отыскал в вещах бывшего владельца корабля.
— Я не могу вас впустить, пока не получу…
— Так выходи, и я тебе заплачу! — Повысил я голос, отчего ящер вновь позеленел.
— Я должен убедиться в вашей платежеспособности. — Он так сильно сжался, что, казалось, уменьшился вдвое. Я, черт возьми, съем этого бюрократа.
— Кира! — Я обернулся и крикнул вглубь корабля. — Принеси деньги. Эта зеленая котлета не верит, что мы можем заплатить за себя.
— Я сожру этого нахала! — Включилась она в игру. — Вот, смотри! — Кира появилась в рубке, держа в руках несколько купюр. — Стоили эти деньги твоей жизни?
— Покушение на жизнь представителя власти карается тюремным заключением и конфискацией имущества. — Увидев второго арги, бюрократ пожелтел.
— Покушение на свободу арги карается флотом Арги в той степени, которая определяется фантазией адмирала! — Пугать он меня будет. Щазз!
Ящер исчез с экранов, а я, воспользовавшись управлением через нейросвязь, ловко припарковал корабль в определенное ему место. Просто, как усесться в любимое кресло. Не то, что вручную, тут мне еще учиться и учиться. Ворота закрылись за кораблем, и ангар стал заполняться станционным воздухом. Я отключил гравитацию корабля, и в пониженной гравитации станции почувствовал себя необычайно легко. Оно и неудивительно, ведь до этого для тренировки была установлена полуторная гравитация.
— Я попрошу заполнить регистрационные документы и заплатить входную пошлину. — Раздалось снизу, как только мы покинули корабль, и вышли в коридор между ангарами.
— Откуда писк? — Покрутил я головой. — А вот ты где.
Неудивительно, что он всего боится, с его-то ростом «метр с кепкой в прыжке с табурета». Я передал ему деньги и вписал в бланк на экране планшета записи о себе, Кире и Рике. Пусть с нами гуляет, а то сдернет с корабля, ищи его потом по всей станции.
— Диким животным вход на станцию запрещен. — Пропищал ящер, глядя на Рика.
— Тогда что ты тут делаешь? — Ответил Рик, успевший при помощи Клыка выучить межзвездный язык.
Услышав такое от «дикого животного», ящер покраснел и брякнулся в обморок, но, когда Рик попытался его понюхать, резко вскочил и что-то пища скрылся с виду.
— Что с ним? — Поинтересовался Рик.
— Не хочет быть съеденным, наверное. — Пожал я плечами. — Пошли, прогуляемся.
Если снаружи станция напоминала древнюю морскую мину, то внутри это было похоже на смесь арабского базара и зоопарка. Разношерстная публика расхваливала свой товар, каждый на свой лад. Покупатели самого разного вида — от насекомых до млекопитающих, а кого-то вообще было невозможно отнести к тому или иному царству, казалось, тут были даже грибы — и размера — кто-то мог поместиться у меня на ладони, а некоторые были размером с двухэтажный дом — сновали по рядам рассматривая товар, который был не менее разнообразен: фекалии неизвестного животного соседствовали с золотыми и платиновыми украшениями с невиданными самоцветными камнями, а рядом с домотканым полотном могли лежать вычислители с производительностью в несколько зеттафлопс.
Мы ходили по рядам, я развлекался, пугая клыками тех, кого точно определял как травоядных. Впрочем, стоит отметить, что народ от нас шарахался и без этого, а из углов доносились испуганные шепотки «Арги, Арги». Славно, должно быть, покуролесили они в своё время, раз уж их до сих пор боятся. Не могу сказать, что мне не нравиться подобное отношение: к нам за все время ни разу не приставали зазывалы, хотя остальных они атаковали, словно пираньи говяжью вырезку, упавшую в аквариум.
Место у нас оплачено на стандартные сутки, которые были почти в два раза длиннее суток Кимира, так что времени у нас было достаточно, и мы решили зайти перекусить. Выбрав заведение, где не валялись кайфующие оборванцы — кофе у них значит под запретом, а наркотики, значит, пожалуйста — и не гремела отвратительная музыка, мы уселись за стол, подходящий нам по размеру и стали ожидать официанта, который в данный момент принимал заказ возле соседнего столика.
