Но что-то мешало насладиться всем этим совершенством, оставляя какую-то пустоту внутри меня. Я снова поднялся на лапы и покрутился вокруг, надеясь при повторном осмотре обнаружить, чего же не хватает. Не хватает… Точно! Я был один, совсем один посреди этого благолепия, и мне было не с кем его разделить. А кто же должен быть со мной? Я не должен быть один, я уже давно не был один, разделяя свою жизнь с кем-то ещё, кого я упорно не мог вспомнить.
— Кира! — Из омутов памяти всплыли картины прошлого и, разбередив душу, принесли образ любимой. — КИРА!
Ответа не было, да и не могло быть, ведь похоже на то, что я уже умер. Тогда что это вокруг меня? Ад? Рай? Ни в одну из этих сказок я не верил, да и место не было похоже ни на первое, ни на второе. Больше всего для названия этого места подходило «Края вечной охоты». Сюда попадают арги после смерти? Или я ещё жив, и всё это — бред угасающего сознания? Ни ответа, ни каких бы то ни было подсказок.
— Котя! — Раздалось вдалеке.
Лишь одному существу во Вселенной было позволено так меня называть. Но если Кира здесь, то выходит, что она тоже мертва? Но как такое могло случиться? Впрочем, главное то, что даже здесь мы вместе, если только её не нарисовало моё воображение. Я сорвался с места, побежав ей на встречу со всей возможной скоростью. Мы встретились и радостно запрыгали вокруг друг друга, не говоря ни о чём, а просто наслаждаясь присутствием рядом любимого существа. Я встал на задние лапы, на несколько метров поднявшись над землёй, и, дурачась, помахал перед собой передними лапами. Кира же просто прыгнула на меня, обхватив лапами, и мы вместе рухнули на траву, взметнувшей в небо облачко пыльцы.
— Как ты тут оказалась? — Спросил я её и начал вылизывать большим шершавым языком шерсть на её мордочке.
— Так же как и ты — умерла. — Пояснила она, пытаясь избежать умывания. Впрочем, она явно прилагала недостаточно усилий, скорее, пытаясь изобразить нежелание принимать «водные процедуры».
— И как тебя угораздило? — Шутливо спросил я, усаживаясь рядом и переходя к шерсти на загривке.
— Хотела тебя спасти, но увлеклась немного. — Она пожала плечами.
— И как бы я жил без тебя? — Спросил я, после чего вернулся к своему занятию.
— Как-нибудь… Хватит меня мыть! Я чистая!
— Как-нибудь! — Подразнил я её. — Знай, что если бы ты не появилась в моей жизни, я бы просто позволил какой-нибудь твари сожрать себя. Этим бы всё кончилось.
— Ой, я сейчас заплачу! — Махнула она лапой. Пошли, лучше посмотрим, что здесь есть.
— Успеем… — Сказал я, но всё-таки последовал за ней.
Теперь уже два арги-ру бежали по полю, приминая сильными лапами траву, и, распугивая насекомых и мелких зверьков, прыгали друг через друга, устроив игру в чехарду, но только с саблезубым размахом. Мы скакали, словно маленькие котята, упиваясь беззаботным миром, которому не было дела до непров, людей, гроранцев и прочих. Здесь были только мы… Не только?
— Чуешь? — Спросила Кира, подняв нос и нюхая воздух, раздув ноздри. — Знакомый запах.
— Арги. — Подтвердил я, принюхавшись. — Мы здесь не одни.
— Так это же здорово! — Она подпрыгнула и бегом направилась туда, откуда шёл запах.
Я поспешил следом. Путь наш лежал через лес, где мы продолжили игру, перепрыгивая через поваленные деревья, давя мелкие кусты и ломая тонкие деревья. Лес был наполнен запахами невиданных ранее деревьев, густых мхов и разнообразных зверушек, которые, не успев убраться подальше, оказывались съедены.
Внезапно стена деревьев расступилась перед нами, и мы выпрыгнули на залитую солнцем полянку, посреди которой сидел, почему-то приняв позу лотоса, арги, разрисованный с ног до головы. Рядом с ним лежали различные мешочки, косточки, несколько кусочков кожи и — совсем внезапно — бубен. Ну, просто шаман какой-то.
Мы смотрели на шамана, он смотрел на нас, но никто не проронил ни слова. Тогда мы, не сговариваясь, двинулись к нему. Казалось, что само мироздание замолкло, такая стояла тишина, нарушаемая лишь нашими тихими шагами. Когда до арги оставалось несколько метров, он перестал изображать из себя неподвижную статую и открыл глаза. Я посмотрел в них и почувствовал, что словно падаю с небес в голубую гладь чистого горного озера, так завораживал его взгляд. Тело стало каким-то непослушным, но я всё-таки сделал ещё один шаг. И…
