Ребята весь вечер и ночь думали, как при помощи своей магии защититься, но ничего путного так и не придумали. Сложность состояла в том, что в группе было шесть учеников, обладающих в той или иной степени магией ментала.
— Псих, как я должен представить боевое предвиденье в виде щита? У меня не настолько богатая фантазия, как у тебя, — расстроился Вожак, разведя в сторону руками, смотря при этом с большой надеждой на Кайлу. Мы задумались все дружно, включив мозговой штурм.
— Попробуй заранее видеть безопасные зоны при помощи дара предвиденья, перемещайся туда, где тебе ничто в данный момент угрожать не будет. Так ты сможешь избегать удара противника, — предложила Кайла вполне себе рабочий вариант. Максимилиан кивнул и закрыл глаза, при этом оставшись на месте.
— Э, братан, сейчас тебе ничего здесь не угрожает. Необходимо оказаться в условиях провокации с нашей стороны, чтобы щит заработал, — предложил каждому попытаться зарядить Вожаку разными способами, но без серьезных разрушительных последствий. Ни с первой попытки, ни со второй, ни даже с третьей ничего у парня не получалось. Лишь после десятого удара по корпусу Вожак стал неуязвимым для нас. До него наконец-то дошло, как научиться избегать сразу несколько противников. Еще минут пятнадцать гоняли Трубецкого по помещению, применяя и магическое воздействие. Ни загипнотизировать, ни усыпить, ни проклясть больше не получалось. Вроде ребята хотели сосредоточиться, но их все время что-то отвлекало, переключало, через несколько секунд они забывали о своем намерении навредить Трубецкому. Вожак был доволен как никогда.
— Оболенский, где ты был раньше? Я бы запросто ускользал от братьев. Хотя навалять им было весьма приятно, так что искренне благодарю за такой подарок, — отдал дань уважения за абсолютную защиту парень.
Дальше продолжили работать с каждым индивидуально, придумывая способ применения дара. Шалун научился держать вокруг себя множество небольших волн бесконтактного удара, вместо одной сокрушающей. Нас просто отталкивало от него, сметая испускаемой энергией. Вот только противостоять менталистам это дар был бессилен, зато не подпускал на близкую дистанцию.
— Не страшно, как пойму, что кто-то берет меня под контроль, вынесу его первым дистанционным ударом. Главное, понять и успеть найти засранца, — не сильно расстроился Ефимовский, получив свою защиту. — В крайнем случае Ромашка прикроет и подскажет, кого выносить первым.
Драчун давно мечтал о неуязвимости собственного тела, устав ломать кости рук и ног при усиленном ударе. Только его кулак оставался непробиваем, словно молот, выкованный из стали. Предложили представить все тело единым кулаком, визуализируя этот образ. По большому счету сработало. Вот только его мутузить уже стало больно нам, а он ржал, как необъезженный конь, почувствовав себя непробиваемым. С воздействием магов ментала оказалась та же беда, парень-боец был уязвим. Над этим слабым местом в отряде позже нужно будет подумать. Давно увидел закономерность: умные ребята почти всегда обретают ментальный дар, а чуть тупее — чаще физический. Проблему, наверное, можно решить, если прокачать парням мозговую деятельность. И артефактик у нас для этого есть, можно с его помощью загрузить тонну информации.
Следующим вызвался сгенерировать щит Фантазер, привносивший по поводу дара гипноза одну идею абсурднее другой. Мы сначала ржали все дружно, а потом серьезно задумались. Это был непростой дар, и щит простым быть не может.
— У нас менталисты окружают себя щитом из мыслей. Все, кто на них посмотрит, уже не хочет лишний раз применять атакующую магию, — чуть не проговорилась Кайла, где это у нас, но на это никто даже не обратил внимание.
— Нет, это слабая защита для Фантазера. Вдруг кто-то все же захочет применить магию. Окружаешь себя таким щитом, что все, кто обратит на тебя внимание, станут непроизвольно выполнять те действия, которые ты им заложишь, — не знаю, как Смирнов с этим справится, но это могло быть одновременно как защитой, так и оружием. Мало ли что он пожелает врагам, может поубивать вокруг себя своих же союзников. Такой щит мог стать настоящей имбой. Гипнотизер отошел в сторонку экспериментировать, а мы продолжили придумывать новые щиты.
— У меня вообще самый слабый дар, и щит из него создать не получится, — заявил Бухгалтер, он же Морфей, ответственный за сновидения. А еще параноик и пессимист в одном флаконе. Вот тут мы реально долго думали всем составом, задачка оказалась нетривиальной.
— Да не боец я ни разу. Да и осторожный по природе, давайте, как ранее предложила Кайла, пусть им в лом будет меня убивать, — согласился на простой вариант Мишка Абрамович.
