— Какой хитрый раб, ты этого еще не заслужил. Должен сначала выиграть меня в какую-либо игру, чтобы я тебе все показала, — перешла она быстро к моей стратегии, но я согласился. — Давай расскажем друг другу забавную историю, свидетелями которой сами являлись. Над чьей историей рабы будут смеяться больше, тот и победит. В случае твоей победы, так и быть покажу свой дом, а в случае твоего проигрыша исполнишь любое мое желание без всяких оговорок. Ну что, по рукам? — хитрая лисица прекрасно знала, что рабы будут ржать, как полоумные на всем, чтобы она ни рассказала.
— Я тут чувствую подвох, условия нашей игры эти трое уже знают и поддержат тебя в любом случае. Этих бедолаг на сегодня давай отпустим, а вот троих новых рабов, например, из моей комнаты, используем в качестве жюри, но ничего им говорить не станем, — Фискаль согласилась на справедливые условия, понимая, что рабы будут в любом случае на ее стороне. Я же рассчитывал на другое. Если парни не в курсе, что надо смеяться, то будут реально смеяться лишь там, где смешно.
Парни оделись и удалились восвояси, а мои новые соседи с удивленными лицами заняли место предыдущих рабов. Мы им даже разрешили присесть на полу, не снимая одежды. Первой начала Фискаль, хитро на меня поглядывая.
Как-то со своей бывшей слугой, которая меня сопровождала на все светские рауты, мы прибыли в дом одной из моих тетушек, которая вечно мной недовольна. Не так одета, не так поклонилась, не так села, приборами за столом вообще пользоваться не умею, и так все время. Если бы была моя воля, вообще к ней не поехала, но она следит за моим поведением по приказу дядюшки, поэтому каждый месяц ее навещаю. Так вот, моя служанка умела накладывать качественные иллюзии и в последний раз поменяла нас друг с другом местами. Теперь она — это была я, а я выполняла роль слуги, лишь сопровождая, стоя в сторонке. В последний раз все шишки посыпались на нее, а мне вообще не прилетело. Кас еле сдержалась, чтобы той не ответить. Было очень забавно, что нас не смогли отличить, — она посмотрела на парней, которые слушали и совсем не улыбались, зная, что ее слугу отдали на арену. Речь шла о кицунэ, которую спас. Фискаль, закончив рассказ, громко наигранно рассмеялась, но парни недоуменно на нее смотрели, не въезжая, как надо реагировать. Дошла и до меня очередь.
Решил рассказать забавную историю на вечеринке, когда три ведьмы при помощи приворота решили узнать, кто из них мне больше нравится. Но переборщили с вложенными силами и под приворот попали все мои гости без исключения. Рассказывал в красках, кто, кому и как признавался.
— Повезло лишь девчонкам, запершимся в дамской комнате, чтобы не позориться своими признаниями. И одному магу крови, которого усыпил Морфей, проспавшему все веселье, — парни ржали, представляя эту картину. Сама Фискаль тоже хихикала.
— Когда я разозлился на трёх пьяных ведьмочек, то они попытались снять приворот, но у них ничего не вышло. Бедлам продолжался. Одна моя знакомая, предложила наложить иллюзию, сделав из меня и подруги писанных красавцев, даже одежда была как настоящая, — описал подробно, как мы выглядели и одежду, в которой предстали перед гостями.
— Смысл был в том, чтобы всех переключить на нас двоих, заставив влюбиться. После этого должны сорвать маски, под которыми при помощи грима сделали себя настоящими уродами. Этот шок и должен был снять приворот, дабы гости могли разъехаться по домам. Но парни запали на мой стильный костюм, который был иллюзорным. Заставили им найти такой же материал и поделиться портным, а я не знал, что на это ответить. Шок случился у меня, а не у них, а моему преображению вообще никто не удивился, — весело рассмеялся, вспоминая забавную историю.
— Леонид Оболенский, а откуда ты знаешь стольких магов, которые ходят к тебе в гости? Я хочу, чтобы ты меня познакомил с этими тремя ведьмами и той, что накладывала иллюзии, дабы закатить такую же вечеринку. Проси, что хочешь за такое веселье, — Фискаль признала, что проиграла спор. А я прикусил язык, понимая, что девчонка с меня теперь ни за что не слезет, пока не устрою нечто подобное. Вот сейчас я влип намного сильнее, чем мог себе только представить, но все же не растерялся.
— Сними с меня ошейник, тогда я, может, что и придумаю…
Молодая хозяйка поместья с удовольствием устроила мне экскурсию, рассказывая о своем родовом древе, чьи портреты украшали многие комнаты. Открыв дверь в одну из спален, грустно вздохнула, в ее глазах блеснула слеза.
— Это комната моих пропавших родителей, которых уже нет более пяти лет, — прошел в пустующую спальню, рассматривая два портрета, с которых на меня смотрели красивая женщина с белокурыми волосами, уложенными в высокую прическу, и мужчина в дорогом камзоле с проницательным взглядом.
— А как они пропали не расскажешь? Что с ними произошло? — в глазах девушки читалась боль от потери родителей. Возможно, именно это и послужило ее чудачествам, она так и не смогла заполнить образовавшуюся пустоту.
