Повесть выстрадана автором, который из своего комфортного мира неожиданно попадает в мир, где действуют другие законы, меняется сам и чувствует, как меняется отношение к нему окружающих. Попытки сориентироваться и выжить в этой непривычной социальной среде показаны очень рельефно: через стремление юмористически или саркастически реагировать на происходящее вокруг, неистовое желание выплыть, вынырнуть из омута образов, страхов, печали, не растеряв при этом то, что ценится всеми нами.
Все началось с военкомата.
Юноша восемнадцати лет сидел в коридоре небольшого двухэтажного здания и ждал своей очереди. Было невыносимо жарко, ибо помещение военкомата никак не проветривалось. Сквозь окно можно было созерцать осень в самом ее расцвете. Юноша думал о чем-то своем и мельком ловил взглядом парня, чьи руки украшали тюремные наколки. Голова его была обрита, а лицо не обозначало совершенно никаких эмоций. Очередь в кабинеты медицинского осмотра медленно таяла и пополнялась вновь пришедшими. Что и говорить, наступил сезон осеннего призыва, и доблестная армия России спешила набрать в свои ряды как можно больше призывников.
Отношение Александра к армии было двояким. С одной стороны, он понимал, что любой уважающий себя мужчина должен послужить родине с автоматом в руках, но с другой – перспектива потерять год жизни не радовала. Мать говорила, что в армии тупеют и деградируют. Бабушка была с ней согласна. Дядя, родной брат матери, с теплом вспоминал годы армейской службы, так как они были лучшими в его жизни. После армии дядя начал безбожно пить и вот уже двадцать лет он лежал на диване с бутылкой в руке. Бабушке приходилось содержать сына, в тайне лелея мечту избавиться от него. Время шло. Срок службы сократили на год и сразу же появились рьяные ненавистники новой реформы. Кто-то с пеной у рта кричал: «не служил – не мужик», кто-то лишь посмеивался над такими и продолжал гнуть свое.
Александр особо не заморачивался по поводу армии, ибо на первом месте для него была учеба в университете. Там и отсрочку давали и возможность поступить на военную кафедру, откуда выпускали лейтенантов в запасе. Ближайшие четыре года для него точно должны были пройти не на плацу и не в казарме, а в душной аудитории.
Неожиданно из-за двери раздалось громкое «следующий». Александр покрутил головой и поймал на себе недовольные взгляды других парней. Да ведь пришла его очередь войти в кабинет. И как только можно было проворонить такое важной событие? Александр поднял глаза на деревянную дверь и увидел на ней цифру номер шесть. Шестой кабинет, то бишь. Какой-то умник нацарапал на двери корявое «псих». Рядом ручкой оставляли комментарии всякие остряки.
– Заходи, – лениво протянул парень в наколках и отошел в сторону.
Александр схватил свою куртку и поспешил в кабинет психиатра, в шестой кабинет. Прикрыв за собой дверь, юноша поздоровался с врачом и сел на единственный свободный стул. Он стал рассматривать бумажку, приколотую к стене. На бумажке формата А4 была составлена опись всего имущества в кабинете. Он неторопливо читал: два стула, один стол, один горшок с растением. Окинув взглядом кабинет, он пришел к выводу, что опись составлена верно.
– Ну что, молодой человек, – медленно выговорил врач и покопался в папках на своем столе. – Александра Владиславович?
– Все верно.
Врач был крайне неординарной внешности. Белый халат висел на костлявом теле, которое оканчивалось лысой головой. На носу красовались огромные очки с пластиковой оправой. Линзы были настолько мощными, что глаза казались несоразмерно большими. Зубов во рту было чуть больше трех.
Психиатр с интересом прочитал то, что было написано в личном деле юноши и едва заметно усмехнулся. Два года назад Александр встал на учет в военкомат. Тогда вместе со всеми мальчиками из класса его водили по врачам и заполняли огромную кипу документов. Маму заставили написать бытовую характеристику, где она старалась упомянуть только положительные черты характера своего сына. Поднимались все медицинские справки, которые должны были помочь откосить. Александр относился ко всей этой процедуре с равнодушием. Ему не хотелось выставлять напоказ все свои болячки, но какая-то внутренняя чрезмерная честность заставляла его ничего не таить.
Врач медленно перелистывал личное дело и делал для себя какие-то выводы. Все это сопровождалось гробовым молчанием. Александр спокойно сидел на стуле и потирал рукав куртки.
Что он наговорил психиатру в прошлый раз, когда только встал на учет? Вроде бы ничего лишнего, но и ничего придуманного. К слову, за эти два года он сильно изменился, и в личном деле могли обнаружиться некие несоответствия. Под окончание школы юноша сменил идеалы и приоритеты в жизни, влюбился в одноклассницу и стал увереннее в себе. Какие-то старые скелеты рассыпались в шкафах и заменились другими. Но разве врач мог это знать? Он только шерстил записи двухгодичной давности и что-то отмечал в голове.
– Хм, – наконец отозвался психиатр и подался вперед, – значит, ты пишешь рассказы.
– Да. Недавно издал первую книгу.
– Невероятно! – улыбнулся беззубый рот. – За свои годы работы я видел многое, но начинающего писателя вижу впервые. Ко мне даже дьявол приходил, в этот самый кабинет, и пытался склонить меня к своей религии. Ну и дела. И о чем ты пишешь?
– Да так… Рассказы о жизни. Что-то выдуманное, что-то реально пережитое. Я же восемь лет прожил на остове, что на дальнем востоке, и материала у меня накопилось достаточно.
– И каково это, издать книгу?
