Для Швейцарии в целом это чудесное событие было небольшим по масштабу, но означало оно на самом деле гораздо большее — победу женского архетипа. Это было иррационально, более чем иррационально, как исключение не просто из материалистических идей землеустройства, но и человеческой психики вообще через обращение к
Сейчас я начинаю замечать постепенное изменение отношений в этой области, однако картину целиком я, конечно, предсказать не могу.
Название этой главы, которое стремится объединить в себе столь удаленные друг от друга понятия алхимического символизма и современной психологии бессознательного, может показаться странным. К выгоде незнакомых с трудами Юнга читателей я сделаю одно важное замечание в этой связи: современная аналитическая психология как отрасль медицины представляет собой наследие того научного духа, что ранее проявил себя в алхимии; поэтому, когда мы, аналитические психологи, начинаем заниматься алхимическими изысканиями, мы словно возвращаемся к корням нашей собственной науки. Более того, мы в значительной степени имеем дело с той же проблемой оживляющей материю силы, что занимала алхимиков во все времена и которую мы сейчас за неимением лучшего термина именуем бессознательным. Следуя таким путем, мы оставляем открытым вопрос о взаимоотношениях этой силы с материей. Вполне возможно, что речь идет об одной и той же реальности, только описываемой соответственно психологией изнутри и физикой — извне.
В самых ранних из известных нам алхимических текстах мы уже встречаем идею о том, что создание Философского Камня аналогично сотворению мира. Специфические следы этой аналогии между сотворением мира и металлургией можно проследить в том числе и в Вавилоне (1). Согласно одному из текстов из библиотеки Ашшурбанипала (
Та же аналогия возникает еще раз в древних алхимических текстах, особенно греческих, датируемых третьим веком н. э., и наиболее ясно раскрывается в так называемых герметических писаниях примерно того же периода. В
«Гермес называет человека малым космосом потому, что он обладает тем же, чем и космос. Как в космосе есть земные и водные звери, так у человека есть вши, черви и блохи. Как в космосе есть реки родники и океаны, так у человека есть кишечник его. Как в космосе есть населяющие воздух твари, так у человека есть москиты, около него вьющиеся. Как у космоса есть свое дыхание в виде ветра, так у человека есть то же самое. Как в космосе есть Солнце и Луна, так у человека есть два глаза, правый из которых отождествлен с Солнцем, а левый с Луной. Как в космосе есть горы и холмы, так у человека есть его кости. Как в космосе есть небеса, так у человека есть голова его. Небеса обладают двенадцатью знаками зодиака, от Овна в голове и до Рыб в ногах. Это космический образ, столь часто упоминаемый алхимиками, в том числе и Зосимой. Он есть также базовая материя космоса, почему мы и должны смягчить и перенести его на уровень человеческий как базовую алхимическую операцию, используя для этого аналогию яйца. В тексте „Пирамида“ Гермес использует образ яйца символически, объясняя, что субстанция из хризоколлы и серебра есть яйцо. Ранее он называет яйцо златовласым космосом, ибо он считает, что петух — это на самом деле человек, проклятый солнцем…»[135]
