У меня осталась одна эфирная петля с рапинаем, мой единственный и последний шанс переломить ход дуэли. Я отошел еще дальше и бросил ее так, чтобы магистр не вмешался. С чувством радостного предвкушения я услышал знакомый треск разбитого горшочка.
Обернувшись к магистру, я увидел, как от него расходится тень – эффект способности Тень чернокнижника, однако неимоверно мощный. От его ног ползла не одна тень и не две, как у меня. Сплошная тьма расходилась от магистра во все стороны, заполнила пол, поползла на стены, начала карабкаться на потолок. Такой силы я не видел ни у одного чернокнижника, не представлял, что такое вообще возможно! Щупальца тени соединились и слились в высшей точке сводчатого потолка, весь зал окрасился черным.
Рапинай появился не сразу, как будто с трудом пробивая ткань пространства. Огромная голова появилась из ниоткуда и распахнула клыкастую пасть. В зале посветлело от раскаленного эфира в жерле глотки. Я направил хищного духа на единственную цель.
Магистр пошатнулся, когда дух набросился на него, но устоял. Невозможно! Тень на потолке стала подрагивать и слегка отступать. Однако через соединяющую меня и рапиная нить я чувствовал, что духу приходится несладко. На большинство атак магистр отвечал ударом меча, и я с изумлением увидел, как от духа отслаиваются целые куски эфирной плоти. Рапинай выл от злобы и боли.
Очередным взмахом клинка магистр просто-напросто разрубил голову хищного духа пополам. Впервые я увидел настоящую гибель духа. Как правило, в критический момент рапинай просто обрывает контакт и возвращается в свои миры. Но не в этот раз. Половинки разрубленной головы вывернулись наизнанку, сгорая в эфирном пламени, меч магистра раскалился до бела, но рукоять тот не выпустил. Лицо выражало ожесточенную сосредоточенность, но ни капли боли.
Я бросил на пол созданную сегодня подкову. Сначала из невидимых пространств донесся быстрый цокот копыт и ржание, а затем из ближайшей стены вынырнул огромный статный конь. Черная шкура лоснилась, роскошные грива и хвост развевались алым знаменем. Я вскочил в седло и отыскал взглядом Магистра.
Как раз вовремя, потому что он уже был в шаге от меня и поднял меч для удара. Я пришпорил возничего духа и поскакал вдоль зала. Все-таки магистр не мог тягаться в скорости с конем, тем более таким. Надо найти револьвер, подумал я, шаря взглядом по черному, покрытому тенью полу. Хотя что могут сделать пули, если даже рапинай не нанес ощутимого урона?
В зале посветлело, но свет был оранжево-красный, не предвещающий ничего хорошего. Спину обожгло, конь заржал и ускорил галоп. Я оглянулся. Магистр застыл в центре зала, раскинув руки в стороны. Из его рта струился поток пламени, похожий на бесконечно длинную змею. Это же одно из заклятий, которое я видел в гримуаре третьей ступени! Пламя настигало меня в любой точке зала, огненный язык убил мою тень за секунды.
Оно мне надо? Не надо.
Я направил коня на витражное окно.
На полном скаку мы врезались в стеклянную стену, копыта смяли тонкую фигурную раму, осколки полетели во все стороны с оглушительным звоном. Верхом на коне я вылетел из окна в прохладную ночь, внизу разверзлась сотня метров пустоты.
Мистический конь изменил ориентацию в пространстве – копыта ударили в стену собора, и он поскакал по отвесной стене вниз. Я вцепился в луку седла и со всей силы сжал коленями бока коня, чтобы не свалиться. От радости и неожиданности я захохотал. Ветер бил в лицо, копыта стучали по кирпичам, высекая искры во тьме опустившейся ночи. Тротуар внизу приближался, и вот мы уже мчимся по аллее, и стволы деревьев мелькают по сторонам.
Прижавшись к алой гриве коня, я бросил взгляд назад – погони не было.
Раздался колокольный бой, наполняющий все пространство паникой. Орден Совершенства и власти Луарции объявили меня вне закона.
