Порой в побеге от реальности или от самого себя, под тёмным покровом жестокосердия и самообмана, обязательно нужно заплутать. И выход останется только один - исповедь. Пред самим собой. 18+
Annotation
Порой в побеге от реальности или от самого себя, под тёмным покровом жестокосердия и самообмана, обязательно нужно заплутать. И выход останется только один - исповедь. Пред самим собой. 18+
Дэнфорт Нита
Дэнфорт Нита
Психо-индульгенция
Дэнфорт Нита
Психо-индульгенция
Обложка произведения 'Психо-индульгенция'
***
1. Реплей
"Др-р, др-р, др-р-р..."
Голова раскладывается, память рисует рваные кадры из вчера, во рту пустыня, а пространство содрогается от пронзительной трели перфоратора, звуча как отбойный молоток, делающий мне трепанацию черепа.
"Др-р, др-р, др-р-р..."
И так каждое утра. Могу чем угодно поклясться, что сейчас ровно 10:00.
- Сука... - моё ворчание пожирает подушка, и осипший шёпот звучит так, словно меня душат. Сползаю с дивана, почему-то прямо на пол, создавая перезвон бутылок у подножия. Щуря глаза от света, подцепляю полупустую бутылку пива, оставшуюся со вчерашней попойки, злобно пялюсь в потолок; люстра мелко дребезжит от чёртовой вибрации наверху.
- Да ты ж меня с ума сведёшь, тварь! - кричу я сгоряча, соседу-дятлу, хотя едва ли мои возмущения дошли до адресата сквозь мозгодробительные звуки перфоратора.
Я не понимаю, этому ушлёпку обязательно делать свой сраный ремонт каждый день с утра пораньше?
Собственно, я уже сошёл. С ума, в смысле. Иначе я вообще не представляю, какого чёрта творится с моей жизнью.
Безбожный грохот, заставляет меня вздрогнуть, и покоситься на крашенные в бронзу чугунные батареи.
- О, ну так, конечно же, лучше...
Дедок снизу, поди, молотит своим костылём, но на больную башку с бодуна ощущения полностью такие, словно дьявол размешивает кровь и мозги в моей голове, как зелье в чугунном котле, тарелкой от ударной установки.
Отпив пиво, тут же выплёвываю его обратно, не хило облившись. На вкус тёплое выдохшееся пиво, клянусь, как моча бегемота.
Встав наконец на ноги, покачиваясь, оцениваю разрозненным взглядом вселенский срач в прокуренной комнате: кругом бутылки из-под пива, вина, дешёвого скотча, упаковки от чипсов, ещё до чёрта какого мусора.
- М-да, беда...
Но беда, как известно не приходит одна. За стенкой развопилась соседка, нарекая своего благоверного козлом и пьянью. Бедный мужик, я бы с такой стервой вообще в петле повис.
- Крепись, братан, - приподнимаю в тосте бутылку светлого в зелёном стекле, но отпить не рискую. Отставив пиво на полку шкафа, врубаю стерео, почти злорадно торжествуя. Все шумят, и я буду. Хотя голова от надрывных аккордов Корна откликается болью, но лучше подохнуть под старый добрый мэтлл, чем под вакханалию соседей.
Примечаю пачку Честора на подоконнике и, похлопывая себя по карманам джинсов в поисках зажигалки, на шатких ногах плетусь к окну, чувствуя себя, как из-под ареста. Котелок не варит, эмоции ниже нуля, двигатель - мышечная память и всё. Завладев пачкой, пытаюсь зубами достать сигарету, параллельно ища запропастившуюся зажигалку по карманам. По пути на кухню, лицезрю весь масштаб вчерашней гулянки, кадр за кадром. Мне явно придется несладко, разгребая всё это.
В коридоре поворачиваю башку на небритого обормота в отражении зеркала. Видела бы меня моя мама, упала бы в обморок. Зрачки до того расширены, что карие радужки, кажется, полностью окрасились в чёрный. Русые волосы всклочены, щетиной на морде вполне можно шлейфовать сосновые брусья как наждачкой, в мешки под глазами - грузить картошку. Лицо, реально опухшее после пьянки, хорошая новость, что целое - я не дрался. Хотя кадры из вчера, напоминают, что пытался, но парни оттянули меня прежде, говоря что-то обо мне и долбаном психопате в составе одного предложения.
Доплетаюсь до кухни, а огниво так и не отыскалось, но пошарив в ящиках гарнитура, надыбал коробок спичек. На автопилоте открываю холодильник, правда, кроме хладного духа там ничего более не обитает и уже давно. Бухнувшись на табуретку, ищу глазами пепельницу, но, не отыскав оную, решаю, что и кружка сойдёт. Один чёрт мыть.
Прикурив сигарету, вдыхаю горький крепкий дым, размышляя о жизни. Конкретно, как я докатился до такой жизни.
В плёнке из минувшего вечера проскальзывает призрачная Тень. Знакомая такая, бледно-чёрная. Бледная кожа, практически прозрачная, словно эфемерный саван объявший тело. Чёрные волосы, колдовские зелёные глаза.
То ли дым, то ли галлюцинация. Походу зря я с колёс слез. Её не могло здесь быть, кто угодно мог заявиться в эту квартиру, хоть незнакомец, которого я впервые вижу, хоть чёрт рогатый. Кто угодно кроме Бога и неё.
Насторожившись, я пытаюсь отмотать пленку, словно киноленту в негативе на свету.
Точно она. Или галлюцинация. Или шмаль вчера была лишней. И так уже тучу лет. Тучу грёбаных лет, влачу валун на горбу, меняя квартиры, друзей и мировоззрение с каждым явлением Тени из прошлого, в бреду мечтая Тень догнать. В конечном итоге лишь вновь уделываясь чем угодно, как последняя сука, в бесплодной попытке стереть память до состояния тотальной амнезии.
