Вскоре хельмарский корабль, зависший на орбите над лагерем, предупредил поисковую партию о надвигающемся урагане. Его можно было переждать, свернув купол и укрывшись под землей, но делать на планете уже было фактически нечего. Археологи поместили останки мучеников в посадочный модуль, чтобы впоследствии достойно предать земле, а основной труд их жизни, запечатленный в камне, бережно упаковали в противоударный контейнер. Следы раскопок спешно замаскировали слоем песка. Ураган довершит работу. Затем переполненный людьми челнок вернулся на корабль, который немедленно совершил прыжок в межзвездное пространство подальше от Зурнла. Анализ клада продолжался уже в полете.
Каждая каменная пластина была просканирована и переведена в стандартный шаблон, с помощью которого ее мог воспроизвести любой домашний репликатор. Скоджилу пришло в голову, что эти шаблоны — что-то вроде мелких семян, которые будут в бесчисленном количестве дрейфовать в межзвездных безднах, незамеченные галактической армией шпионов Братства. Однако какой прок от семян, если они не упадут в плодородную почву и не укоренятся? А когда они пустят ростки, у психократов будет, увы, слишком много возможностей засечь их и уничтожить…
Хельмарская команда состояла из экспертов, однако ни один из них не был психоисториком. Гиперлорд боготворил математику, но его подготовка была не выше школьной — на уровне стандартных математических алгоритмов типа решения уравнений в частных производных. Что знала Катана, было неясно — она демонстрировала свои навыки, только когда сама в них нуждалась. Немия являлась мастером психоквантроники и знала основы психоистории лишь постольку, поскольку общалась с дедом, который считался одним из лучших психоисториков Надзора. Лишь один Скоджил проходил в юности подготовку в качестве психоисторика, значит, именно ему выпадала честь первым серьезно исследовать наследство древних мучеников. Однако очень скоро к этой проблеме должны были подключиться специалисты Надзора, и чтобы опередить их, стоило поторопиться.
Хиранимус обрабатывал пластину за пластиной, скачивая информацию, пропуская ее через декодер и затем записывая в персональную память в виде документов. Но чтобы понять и переварить содержание записей, одной вахты, или даже ста, было маловато. Он напоминал себе удава, который проглотил слишком крупную добычу. Кроме того, Скоджилу сильно мешали расхождения в обозначениях, используемых Основателем и Надзором. В течение всех столетий, прошедших после публикации первой статьи Основателя, его последователи лишь изредка демонстрировали свои результаты — и то только в адаптированном формате и в целях пропаганды. Все, что знал Скоджил из области психоистории, было самостоятельно развито Надзором, использовавшим свои собственные символы и определения. Но тем не менее он продолжал упорно трудиться над текстами.
Его внимание привлекла одна из теорем — в свое время они с Глатимом потратили почти год, пытаясь доказать ее по заданию учителя, который занимался более важными математическими проблемами. Доказательство, найденное мучениками, было изящно и просто, до смешного просто. Скоджил просто на стену полез, когда понял обозначения и смог прочитать его, а ведь оно было придумано и записано более двух тысячелетий назад!
Что там есть еще? Он стал перебирать документы наугад. Вот описание экономики Дальнего Мира эпохи Среднего Междуцарствия, полученное Основателем путем экстраполяции будущего. Скоджил был поражен глубиной концептуальной структуры, которая смогла учесть столь мелкие детали. Надзор так и не научился описывать сложные системы с такой точностью! Это одновременно и восхищало, и пугало: как будто ребенок, знающий только арифметику, нашел на старом чердаке диссертацию по вариационному исчислению.
Чудеса! Мальчик, которого Надзор когда-то отчислил за неуспеваемость, теперь один владеет доступом к самой опасной информации в Галактике, вырванной из-под контроля Братства психоисториков! Он не мог даже мечтать об этом!
Торопись медленно.
После второго прыжка мастер навигации послал за Скоджилом. Хиранимус со вздохом оторвался от своих математических медитаций и, оставив спящую Немию, вылетел через шлюз каюты. Взобравшись по транспортной трубе, он оказался в тесной рубке. Капитан гостеприимно открыл ящичек, где держал свою коллекцию напитков.
— Хотите лимонаду? — Судя по всему, он считал лимонад амброзией вселенной. — У вас есть все для работы? Я собираюсь дрейфовать здесь, в дальнем космосе, еще вахт двадцать! Надо убедиться, что за нами никто не увязался.
— А кто может за нами следить?
