Между тем инженеры уже начали воспроизводить отдельные части фюзеляжа, гидравлические насосы, электропереключатели и прочие детали копии. Узнав об этом, Кон появился во всем блеске своей новой формы. К своему удивлению, Эрон увидел на нем бронзовые и кожаные доспехи римского центуриона. Он старался не попадаться адмиралу на глаза, чтобы не пришлось раньше времени показывать модель, но тот, похоже, интересовался лишь механикой своего воздушного корабля. Однако когда Эрон уже было совсем уверился, что избежал страшной встречи, Кон сам подошел к нему.
— Нам надо поговорить, — сказал он сурово, сверля Эрона взглядом, как командир новобранца.
Поднявшись по крутой лесенке в офис, адмирал сел. Это был дурной знак — значит останется надолго.
— Вы хотите, чтобы я доложил о своей психомодели, сэр? — Эрон сильно нервничал. — Она работает, но выдает несколько странные результаты, в которых я еще не разобрался.
Кон поднял руку.
— Только когда вы будете готовы. Не раньше! — Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть свои слова. — У меня есть для вас новое задание. Разумеется, в дополнение к вашим прочим обязанностям.
Эрон и так не знал, где взять лишнее время. Он уже и не помнил, когда высыпался. Но отказаться было нельзя.
— Да, сэр?
— Я хочу, чтобы вы присматривали за этими лоботрясами.
Это было ужасно.
— Но, сэр, я ведь еще ребенок! У меня и так с ними проблемы!
— Настойчивость в преодолении трудностей есть добродетель. На таких добродетелях держится Империя.
— Они не будут меня слушаться!
— В таком случае, — хитро улыбнулся Кон, — мы им об этом не скажем. Дело в том, что я уверен, эти олухи собираются — вопреки моему прямому приказу — установить в аппарате квантронные приборы. Так сказать, ненавязчивый контроль в интересах моей безопасности. А если они это сделают, то зачем тогда вообще нужен пилот? Я уже летал на безопасных яхтах — это просто скучно!
— Они не верят, что он полетит без квантроники, сэр. На этой планете сильное тяготение, и механические регуляторы будут слишком тяжелыми.
— Но он летал!
— Он упал, сэр…
— Его подбили — вы же сами видели дырки, даже измеряли! А на современной Терре его некому опять подбить. Все, я не хочу слышать никаких возражений! Вы отвечаете за то, чтобы никаких квантронных приборов не было. Ни одной крошки кремния! Если подведете, распну на кресте! Вверх ногами! — Адмирал улыбнулся. — Это римский способ казни.
Он был явно доволен своими знаниями.
— Никакого кремния? Даже больших транзисторов? Неужели у америндийцев не было электроники?
— Была, но не та, что вы знаете. Они ловили свои электроны рыболовными сетями.
— Неудивительно, что они вымерли.
— Ну ладно, так или иначе, если я найду в готовом аппарате хоть один современный прибор, отвечать будете лично вы! Чтобы вы больше старались, я возьму вас с собой вторым пилотом!
— Есть, сэр!
Кон кивнул, выходя из офиса.
— У вас будет, что рассказать внукам.
— О том, как меня в юности распяли на римском кресте?
— Нет. О том, как мы летели сквозь грозу по учебнику на допотопной воздушной раме.
Эрон мрачно обдумывал все это, поминая недобрым словом всех мессий Терры, когда в паме раздался сигнал вызова.
— Это Россум № 26. Захожу на посадку. У меня для вас есть данные по системе мер. Немного, правда, но вас заинтересует.
