Возвращение домой прошло без приключений. Эрону не терпелось задать свои вопросы, но Нейрт не был настроен продолжать беседу.
Первым возвращение экспедиции приветствовал Рейвер. Он обнюхал всем брюки, а потом, приподняв ткань пальцами, и кожу.
— Йртпришел! — торжественно объявил он, подняв на Нейрта близорукие глаза. Затем с сомнением посмотрел на Эрона, поджал пальцы на передних лапах и помчался к дому. — Ониназад! Ониназад!
12.02.13. На планете с триллионом обитателей проблемы хранения и транспортировки являются первостепенными.
12.02.14. Единственный товар, который может храниться и перевозиться дешево, — это информация.
12.02.15. Приборы и инструменты следует производить на месте, по мере надобности, пользуясь имеющейся информацией, и уничтожать после использования. Это рациональнее, чем хранить их в физической форме в ожидании повторного использования. Исключение составляют приборы и инструменты, которые требуют для своего изготовления: а) редких материалов; б) нестандартных методов.
12.02.16. Вода, воздух и отходы следует перерабатывать и повторно использовать на месте, избегая транспортировки с помощью трубопроводов и иных средств.
12.02.17. При проектировании грузопотоков значение соответствующего числа Холдмейки для любого сектора планеты не должно превышать 43.
Обратитесь к мастеру Ригону из «Веселого бистро» в секторе Калимона, AQ-87345, уровень, 78, галерея Ароматов…
Послание, подписанное «доброжелателем», давно обратилось в пыль, но Эрон Оуза все еще продолжал размышлять о нем. Несмотря на провалы в памяти, вызванные отсутствием пама, он хорошо помнил татуированное лицо Ригона. Оно вызывало у него смешанные чувства — уважение, граничащее с благоговением, и одновременно раздражение. Были ли они друзьями? Этого в памяти не осталось. Но он определенно бывал в «Веселом бистро», и более того, возможно, встречал Ригона и раньше. Что-то, связанное с книгами…
Вот уже шесть вахт Эрон сидел в своем убогом отеле, не решаясь последовать совету своего странного «доброжелателя» и отправиться в галерею Ароматов. Друг Ригон или нет, но до него по крайней мере надо добраться. А сможет ли он сориентироваться в паутине коридоров сектора Калимона? Это чувство было для Эрона чем-то совершенно новым — так, наверное, относились к межзвездным путешествиям в эпоху субсветовых плотов. Он помнил себя в высшей степени самоуверенным молодым человеком, математиком, отлично владеющим вдобавок воинским искусством Зеноли, — но его уверенность в себе была основана на дополнительных возможностях мозга, ныне потерянных. Теперь бывший супермен боялся даже нос высунуть из своего жилища. Все попытки воскресить в памяти необходимые знания и навыки оказывались безуспешными — все ушло вместе с памом.
Однако здравый смысл подсказывал, что проблема должна иметь решение. Да, безусловно, для обычного органического мозга Светлый Разум представлял собой беспорядочный муравейник. Но ведь весь этот лабиринт коридоров существовал задолго до того, как пам стал всеобщим атрибутом. Значит… Во всяком случае, из отеля надо как-то выбираться. Но страх заставлял его инстинктивно цепляться за свое жалкое убежище.
В ярости Эрон попытался все-таки заставить мозг работать.
