– Однако я здесь один. Сам держу ответ на ваши вопросы. Более того, господа… позволю себе предположить, что если вы огласите причины, по которым заподозрили меня в пособничестве терроризму, уверен, я бы сумел все вам объяснить. Потому что ваши… предположения относительно противозаконных действий полковника Крысина и его связи со мной – ну это не серьезно, мужики. Ей-богу, детский сад.
Сухоставский окинул обоих гостей вопросительным взглядом. Мужчины хранили молчание.
– Что ж, в таком случае, Эдуард Евгеньевич, боюсь, вы и ваш внимательно изучающий меня спутник напрасно потратили свое время.
Он тяжело поднялся из кресла, обозначая, что встреча подошла к концу.
– Прошу меня извинить. Сегодня был тяжелый день, а я еще жду важный звонок.
– Да уж, – вздохнул Громов, поднимаясь, – вам о многом нужно подумать.
Сухой спрятал руки в карманы халата, демонстрируя, что никаких прощальных – как и двадцать минут назад приветственных – рукопожатий не будет.
– Охранник проводит вас, товарищи. Всего хорошего.
Мужчины вышли из кабинета в коридор, где их уже ожидал плечистый парень в черных брюках и пиджаке. В его молчаливом обществе они направились к лестнице на первый этаж.
Забрав с вешалок пальто и ветровку, фээсбэшники вышли на крыльцо. Сопровождавший их крепыш остался стоять в дверях. Мужчины спустились по мраморным ступеням к безукоризненно ухоженным лужайкам, освещенным мощными фонарями. Они давали так много света, что казалось, будто сейчас разгар дня.
Громов с Малаховым шагали к генеральской «ауди» под взглядом нескольких охранников. Некоторые были вооружены.
Мужчины разместились на заднем сиденье «ауди», машина тронулась к воротам.
– Видал? – Громов кивнул за окно. – Армия, как у наркобарона. Можно хоть по этому поводу инициировать проверку.
Из кармана пальто Эдуард Евгеньевич достал мобильник, набрал номер.
– Родион? Как машинка?
– Все отлично, Эдуард Евгеньевич, – донесся из динамика голос подчиненного. – Сигнал устойчивый, запись пошла.
– Хорошо. Я убываю. Фиксируйте все. По изменению обстановки – мне доклад в любое время.
– Вас понял, будем держать в курсе.
Затем Громов позвонил своему оперу, который вместе с парнями из Управления радиоконтрразведки сейчас дежурил на территории поселка, и продублировал указания. Кроме того, генерал знал, что разворачиваются оперативно-технические мероприятия, нацеленные на то, чтобы взять Сухого и его окружение под информационный колпак.
– Молодец, Данилыч, – хмыкнул Громов, пряча телефон в карман. – Не разучился ты еще нашими игрушками играть. Закладку произвел ловко. Тренировался на пенсии, что ли?
Малахов не отозвался, задумчиво глядя в окно.
– О чем размышляешь, философ?
– Его разум… Там
Громов молчал, привычно ожидая пояснений.
– Это термин, которым мы пользовались еще во времена отряда, – пояснил Малахов. – Один из наших телепатов не был силен в том, что касалось умения брать чужую волю под контроль. Однако обладал другим, не менее полезным навыком. Он легко и начисто блокировал определенные мозговые функции. Мог заглушить любые моменты в памяти, ставил
– На что?!
– Чакра головы. Своего рода заплатка в биополе. Похожую
– То есть кто-то заблокировал у него определенные воспоминания?
– Не обязательно.
Громов приподнял бровь.
– Думаешь, что Эрик и здесь наследил?
Малахов пожал плечами.
– В контексте той мозаики, которую мы собираем, – очень вероятно. Смотри. Эрику по какой-то причине необходим Артем. Он не знает, где того содержат, но не хочет светиться, устанавливая это. Дабы увести последующее расследование от себя, обращается к Сухому, имеющему обширные связи среди силовиков. В этот момент как раз намечается конвоирование Артема. Сухой получает информацию через Крысина, передает ее Эрику. А тот, в свою очередь, подстраивает побег Артема.
– Думаю, все иначе, и это Сухой обратился к Эрику, – возразил Громов. – Допустим, Сухоставскому необходим Артем. Он располагает информацией о нашем парне и о конвое. Но у Сухого нет возможности вызволить Лапшина. Поэтому он и нанимает Эрика.
– Сухой работает на Эрика, а не наоборот.
– Почему ты так уверен?
– Оковы надевают на рабов, а не на хозяев.
– Ты про заглушку?
– Эрик контролирует Сухого. Вероятно, активно им манипулирует. Каким бы властным ни хотел казаться господин Сухой, в этой игре он просто марионетка.
Александр Кравчук остановил автомобиль вплотную к забору, ограждавшему поселок, в котором проживал Сухоставский. Слепая зона: свет фонарей сюда не доставал, ближайшая видеокамера располагалась далеко впереди. Идеальное место для проникновения на охраняемую территорию.
