Общается такой человек, в основном соблазняя других – особенно это касается взаимоотношений с противоположным полом. Отношения также могут быть покровительственными и заботливыми, как у матери, или подобны детским. Он все время ищет доказательств, что о нем проявляют заботу, и не переносит, когда его отстраняют от себя. С другой стороны, он может пытаться саботировать отношения, особенно близкие, выставляя партнеру неразумные требования. В силу своего характера он не может объективно оценивать происходящее. Он также может идеализировать другого человека, но, как отмечалось выше, за этим практически всегда следует разочарование. Он стремится к любви, но боится проявлять свои чувства. Другие люди при взаимоотношениях с таким человеком могут чувствовать, что их подавляют, ими манипулируют, они ощущают себя пойманными в ловушку.
Основные убеждения носителя такого типа характера, как полагает В. Жикаренцов, состоят в следующем:
1. Никто не понимает меня и не прислушивается ко мне, к моему мнению.
2. Он/она/они не принимают мои чувства.
3. Я не могу получить внимание, которое мне необходимо.
С другой стороны, лица с истерическим типом характера – это очень восприимчивые люди, гибкие и тонко чувствующие. Они полны энтузиазма, спонтанны, и если связывают свою жизнь с искусством, то из них получаются хорошие актеры и актрисы. В них много настойчивости. Они могут потратить годы, десятилетия на достижение цели и добьются желаемого.
Практически все описанные особенности поведения истероидной личности проявляются в литературных текстах, которые мы называем «красивыми».
«Красивые» тексты – это тексты, которые описывают переживания и страдания героя, а чаще героини, оказавшейся в необычных обстоятельствах. В них большое внимание уделяется внешнему выражению эмоциональных переживаний.
Они близки «веселым» текстам тем, что в них тоже большое количество действующих лиц и обилие диалогов. Но если в «веселых» текстах герои преуспевают, не волнуясь и не переживая, то в «красивых» текстах речь идет преимущественно о страданиях и унижениях, о частой смене настроения. В них много красочных описаний, необычных и нередко драматических событий.
Само название этих текстов – производное от существительного «красивость» (чисто внешняя красота, украшения с притязаниями на красоту, по Ожегову; в английском языке этому соответствует слово beauteous в отличие от beautiful),), нежели от слова «красота». Такой стиль описывает Л. Н. Толстой в статье «Что такое искусство?». Некая «не умная, но цивилизованная <…> дама» читала ему сочиненный ею роман. «В романе, – пишет он, – дело начиналось с того, что героиня в поэтическом лесу у воды в поэтической белой одежде, с поэтически распущенными волосами, читала стихи. Дело происходит в России, и вдруг из-за кустов появляется герой в шляпе с пером a la Guillaume Tell (так и было написано) и с двумя сопутствующими ему поэтическими белыми собаками. Автору казалось, что все это очень поэтично» (
Комментируя это высказывание писателя, Л. С. Выготский пишет, что даже если бы роман был написан художественно, если бы автор смогла нас «заставить почувствовать белую собаку и распущенные волосы и шляпу с пером <…> тем нестерпимо пошлее был бы роман» (
По мнению Л. Н. Толстого, одним из приемов такого «подобия искусства» состоит в том, чтобы описать «до малейших подробностей внешний вид, лица, одежды, жесты, звуки, помещения действующих лиц со всеми случайностями, которые случаются в жизни». Другой прием – это «воздействие на внешние чувства <…> то, что называется поразительностью, эффективностью (по-видимому, имеется в виду эффектность. –
Еще один прием, по мнению Л. Н. Толстого, – это «занимательность», которая состоит в том, что в «романе описывается египетская или римская жизнь, или <…> жизнь приказчиков большого магазина». Л. Н. Толстой описывает и возможный результат восприятия таких текстов: читатель заинтересован и этот интерес принимает за художественное впечатление (
Для того чтобы была яснее специфика сюжетных и образных построений данного типа текстов, приведем краткое содержание двух типичных текстов.
Одним из них является повесть Б. Гимараенса «Рабыня Изаура». Написанная в сентиментальной бразильской традиционной манере «слезы сердца», изданная в 1875 году, по словам автора послесловия, она взволновала самые широкие массы читателей.
