подчинялись одинаковым законам; но чтобы показать его эволюцию у различных народов, нужно было бы входить в
подробности, каких не допускают чрезвычайно тесные рамки этого исследования.
Возьмем сначала искусство Египта и посмотрим, чем оно некогда стало, переходя последовательно к трем различным
расам: неграм Эфиопии, грекам и персам.
Из всех цивилизаций, когда-либо процветавших на земном шаре, цивилизация Египта наиболее полно вылилась в
своем искусстве. Она выразилась в нем с такой силой и ясностью, что художественные типы, родившиеся на берегах
Нила, могли годиться для одного только Египта и быть приняты другими народами только после того, как они подверг-
лись значительным изменениям.
Египетское искусство, в особенности архитектура, есть выражение особенного идеала, который в продолжение 50
веков постоянно интересовал весь народ. Египет мечтал создать человеку нетленное жилище ввиду его эфемерного суще-
ствования. Эта раса, вопреки стольким другим, презирала жизнь и лелеяла мысль о смерти.
Более всего ее занимала неподвижная мумия, которая своими покрытыми эмалью глазами в своей золотой маске веч-
но созерцает в глубине своего темного жилища таинственные иероглифы. Не опасаясь никакой профанации в своем
гробовом доме, огромном, как дворец, среди расписанных и покрытых изваяниями стен бесконечных коридоров, эти
мумии находили здесь все, что прельщало человека в течение его короткого земного существования. Для них копались
подземелья, воздвигались обелиски, пилоны, пирамиды, для них же обтесывались задумчивые колоссы, сидящие с вы-
ражением спокойствия и величия на своих каменных тронах.
Все прочно и массивно в этой архитектуре, потому что она стремилась быть вечной.
Если бы из всех народов древности нам были известны только одни египтяне, то мы за всем тем могли бы утвер-
ждать, что искусство — самое верное выражение создавшей его расовой души.
Очень различные друг от друга народы: эфиопы (низшая раса), греки и персы (высшие расы), заимствовали свое ис-
кусство или у одного Египта, или частью у Египта, частью у Ассирии. Посмотрим же, чем оно стало в их руках.
Возьмем сначала самый низший из только что поименованных нами народов, эфиопов.
Известно, что в очень раннюю эпоху египетской истории (XXIV династия) народы Судана, воспользовавшись анар-
хией и упадком Египта, завладели некоторыми из его провинций и основали царство, имевшее последовательно своей
столицей Напату и Мероэ и сохранившие свою независимость в продолжение многих веков. Ослепленные цивилизацией
побежденных, они пытались подражать их памятникам и искусству; но эти подражания, образцы которых у нас имеют-
ся, большей частью грубые оболваненные статуи. Эти негры были варварами; слабое развитие их мозга осудило их на
застой; и действительно, несмотря на цивилизующее влияние египтян, продолжавшееся в течение многих веков, они
никогда не вышли из варварства. Нет примера ни в древней, ни в современной истории, чтобы какое-нибудь негритян-
ское племя возвысилось до известного уровня цивилизации; всякий раз, когда в силу одной из тех случайностей, кото-
рые в древности сложились в Эфиопии, а в наши дни — в Гаити, высокая цивилизация попадала в руки негритянской
расы, эта цивилизация быстро принимала очень плачевные формы.
Другая раса, тогда тоже варварская, но белая, греческая раса заимствовала у Египта и Ассирии первые образцы сво-
его искусства, и она также сначала ограничивалась безобразными подражаниями. Произведения искусства этих двух
великих цивилизаций были доставлены ей финикийцами, тогдашними властелинами над морскими путями, соединяю-
щими берега Средиземного моря, и народами Малой Азии, хозяевами сухих путей, ведших в Ниневию и Вавилон.
Каждому хорошо известно, насколько, в конце концов, греки поднялись выше своих образцов. Но открытия совре-
менной археологии также доказали, насколько грубы были их первые оболваненные статуи, и что им нужны были века, чтобы дойти до шедевров, завоевавших себе бессмертие. На этот тяжелый труд — создать оригинальное искусство, ос-
тавившее за собой позади иностранное, греки потратили около 700 лет; но успехи, сделанные ими в последний век, зна-
чительнее успехов всех предшествовавших веков. Больше всего времени требуется какому-нибудь народу для прохож-
дения не высших этапов цивилизации, а низших. Самые древние произведения греческого искусства, произведения со-
кровищницы в Микенах, относящиеся к XII веку до Р. Х., обнаруживают совершенно варварские опыты, грубые копии с
восточных образцов; шесть веков спустя искусство остается также еще восточным; Аполлон Тенейский и Аполлон Ор-
хоменский чрезвычайно похожи на египетские статуи; но скоро успехи становятся очень быстрыми, и век спустя мы уже
встречаем Фидия и чудные статуи Парфенона, т. е. искусство, освободившееся от своего восточного происхождения и
стоящее значительно выше образцов, которыми оно вдохновлялось в течение столь долгого времени.
26
