— К сожалению, нет. Что-нибудь знаете, может слышали? — парни явно не горели желанием разговаривать с нами, но мотивация в виде денег творит чудеса. — Дам двадцать баксов.
Троица обменялась взглядами и слово опять же взял самый разговорчивый.
— Что вас интересует? — забрав купюру, спросил он.
— Мы ищем дилера Кевина или парня с красной банданой, который с ним знаком.
— Аа… Этот… Найдёте такого в парке либо у «башен». Его зовут Малыш. Это их территория. Кева мы иногда видели там.
— Что-нибудь ещё?
— Неа.
— Что ж, спасибо, — получив наводку, вернулись к машине.
— Все колёса на месте. Стёкла целы.
— О, да. Хвала великим силам.
К нашему удивлению, парни не соврали и двадцатка Кэс была потрачена не впустую.
Малыша, он же Микки или Маленький Мик, мы искали довольно долго. Ну, искали не совсем то слово, просто ждали его появления на территории «башен», время от времени расспрашивая людей с красными банданами. Весьма сомнительная затея вскоре принесла плоды, пусть для этого требовалось ещё немного раскошелиться. Зато нашли нужного. Им оказался нифига не маленький человек. Тёмнокожий мужик, высокий и плечистый, он запросто мог бы быть баскетболистом, если бы его глаза не выдавали в нём наличие определённых веществ. Хотя… Ладно не будем о другом.
При встрече он принял нас за новых клиентов и даже попытался приударить за Кэссиди. Но потом, когда правда всплыла, его не смутило даже удостоверение агента. Видать, он привык общаться с представителями власти. А в нашем случае он был очень даже не против пообщаться поближе. Свой рассказ о вчерашнем дне, когда Кевин был ещё жив, он начал вообще с левой истории, когда Маленький Мик, уличный драгдилер и, как он себя называет, начинающий жиголо, наткнулся на труп у западной высотки, что рядом со скейт парком.
Малыш и сам-то был не особо трезв, поэтому решил, что тело принадлежит одному из гуляк или из торчков. Будучи пацаном из района до мозга костей, Малыш окинул лежащего так называемым щупающим шустрым взглядом — беглым, но достаточным, чтобы понять, кто перед тобой: трупак, пьяный, сумасшедший, или просто человеку поплохело и он прилег. Поскольку один и тот же случай запросто может сочетать в себе все три состояния, внутри трущоб доброе самаритянство было крайне редким явлением. Отметив, что на теле неплохие туфли и пальто, Малыш квалифицировал его как «пьяное» и хотел по-честному изъять его добро. И только вблизи понял, что у трупа, собственно, нет…
Пришлось слегка прибегнуть к псионике, чтобы остановить весь его поток слов.
— Ладно, что ещё можешь рассказать?
— Да ничего, вроде… У нас все в поряде, всё ровно, всё ништяк.
— Разве что горящие люди тут в порядке вещей.
— Ну, жмурики здесь не редкость, сами понимаете. Но чаще их находят с парой лишних дырок. А поджигать человека заживо, ну это совсем стрёмно.
— Ясно. А что насчет Кевина? Он вёл себя как-то странно при встрече или упоминал о чём-то?
— Да нет. После «дядюшки Билла» он, как обычно, приходил в парк за очередной дозой травки.
— Ты был там? Видел, как он себя облил и поджёг?
— Нет. Мы встречались до того, днём, кажись. Он приходил в свой обеденный перерыв.
— Гм… А у него не было конфликта с местными бандами?
— Бандами? Хе-хе. Здесь только одна банда, снежинка, — он с гордостью показал на свою бандану. — И нет, мы своих клиентов не сжигаем. Даже если у них долги.
— А ему никто не угрожал? Он не говорил?
— Слышьте, да мы не кореша были… Да и болтали не часто. А хотя, нет. Была одна странность. Приходил один снежок, странный такой тип. И он точно не отсюда. Я его раньше не видел, да и одежда у него дорогая и опрятная и несло от него одеколоном, как у бабы. Видать пижончик с «холмов». Мажорчики иногда заходят к нам за адреналином и за кое-чем ещё, если вы понимаете о чем я.
— В чём была его странность?
— Этот снежок стал докапываться до Кевина, обзывая его нищим и прочим.
— Гм… И что было дальше?
— Ничего. Обменялись любезностями и разошлись. Лучше бы морды набили друг другу, честное слово. Но Кев бы его ушатал. Щупленький тот был, да ещё в брекетах и в очках, весь такой ботаник, маменькин сынок.
Большего от Малыша мы не узнали. Что ж, продолжаем искать.
— Ладно, спасибо.
— А может, задержитесь, а? Я помог вам, нужно же отплатить. Заодно расслабитесь, — он подал знак двум своим корешам.
Ну, этого стоило ожидать. Нас не воспринимают всерьёз. И что-то мне подсказывает, никогда не воспримут.
— О, как. А ты по-видимому отказ не примешь, да?
— Ну, а то. Уверяю, не пожалеете. Если будете паиньками. А может вам понравится, а? Хе-хе.
Мы с Кэс обменялись взглядами.
— До трёх? — спросила она.
— Ладно, — согласилась с Кэс.
Перед недоумевающим взглядом Мика и его корешей, мы подняли кулаки и сыграли в камень-ножницы-бумага.
— Раз, два, три. Чёрт, — проиграла я в первый раз.
— Да! — и во второй.
Тц…
Довольная победой Кэс мило улыбалась и потом дополнила:
— Только не перебарщивай.