— Впрочем да, хорошая работа, ну, по сравнению с делом Кевина Стюарта. Мне нужно проверить подобные случаи за последние полгода.
— Анна… — устало бросил Каллиган. — Самоубийства ещё ничего не говорят о серии. Трагедии случаются и в этом нет злого умысла.
— Злого умысла?
— Постороннего лица, я имею в виду
— Гм… А сколько трагедий докажут? Десять?
— Идите домой, — повторил Каллиган. — И не забудьте про дисциплинарное слушание.
Как нам ранее говорили, задача Псионикума — расследование паранормальных преступлений, в которых замешана псионика и псионики. Но это не совсем так. Истинная цель же была немного иной, и это защита мира от «той стороны». Мы пока не касались этой темы подробно в Институте, но известно, что наш мир опутывает тонкое измерение. В недрах Псионикума имеются научные доказательства и в данное время в секретных лабораториях проводятся исследования «той стороны». Согласно Общей Теории Псионики, этот астральный мир — не только источник наших способностей, но и причина появления разума как такового и была до появления нашего мира.
Так что, наша служба в рядах отдела Каллигана лишь первая ступень к Бюро Контроля за аномалиями, которая занимается всеми инцидентами, связанными с астралом. Я тогда не придала особого значения этому ведомству. Считала, что именно расследование преступлений будет интересным и важным делом, но теперь понимаю, хороший день — это день без происшествий. И если детективы в вашем городе бездействуют, значит, вам повезло, понятно? Хотя, тут с какой стороны посмотреть, да? Может им просто пофиг, ведь бывает же такое. Хе-хе. А аномалия проявит себя как гром среди ясного неба.
Прошла неделя, как мы вовсю занимались настоящей полевой работой после нашей маленькой победы. Это позволило Каллигану пересмотреть свое отношение к нам. Теперь мы наравне со всеми. Ну почти наравне, мы же все-таки стажеры. К тому же за эти дни было мало интересного. Мы кажется объехали полгорода, честное слово. Застали немало странных происшествий и не менее странных людей. Но, к сожалению, странных только в плане поведения и поступков, а не псионики.
Большинство из этих дел находили своих вполне обыденных виновных, причину и по конвейеру передавались в суд, а «висяки» за неимением железных улик отправлялись в архив до лучших дней. Нужно ли упомянуть, что мы не встретили ни одного одаренного за эти дни. Конечно, неделя работы вообще не показатель, и всё же, ни одного человека с образом и близко похожего на том скейт-парке, где погиб Кевин Стюарт, дело которого не выходило у меня из головы. Уж очень тот образ был пугающий.
За ведением непрекращающихся дел, которые накапливались, как не знаю что, его дело сейчас как-то уже забылось у персонала школы, у отдела, у СМИ и даже у его семьи. По городу не происходила череда странных самоубийств. Хотя была парочка, но их причины были установлены. С развитием интернета многое стало «прозрачным», если ты контролируешь его, конечно. Погибшие оставили свои предсмертные записки и видео в своих страничках в социальной сети. Никакой мистики.
Я до сих пор ожидала, что скоро обязательно случится что-то такое или обнаружим его старые деяния. Я была уверена, тот псионик-дилетант скоро сделает ещё один шаг. А затишье, скорее всего, связано лишь с последствиями его способности. Наверняка все побочки после Кевина уже проходят или оттачивает свое мастерство. И он скоро будет готов повторить свой успех.
К сожалению, как и с любыми другими серийными убийствами, нужно дождаться ещё одной жертвы, которая приблизит к его вычислению. А те два случая, которые ранее связывали с делом Кевина Стюарта, оказались ложными, и мы вскоре изъяли их из папки о «странной серии самоубийств в Нью-Эдеме».
Поставив последнюю, с полной уверенностью я закрыла файл отчета и отправила в базу данных Псионикума.
— Почему у агентов нет секретарш для заполнения всей этой бюрократии?
— Кэс, эти секретарши — мы. Мы ж стажеры.
— А-а… — удивленно протянула подруга, будто это стало для неё откровением.
— Ладно. На сегодня всё.
— Ага. Снова никаких псиоников-убийц, да, Анна? — зевая, протянула Кэс.
— Но-но, я всё ещё верю, что он появится.
— Не знаю, радоваться этому или нет.
— Твоя правда.
— Че, поехали?
— Угу.
При обнаружении взрослого человека в опрятной дорогой одежде без видимой наружной травмы, но в бессознательном состоянии, сразу предполагаешь худшее. Так и вышло с мистером Генри Лапортом, сорокадвухлетним учителем биологии частной элитной школы в роскошном районе Санвиль, в народе известный как «холмы». Его тело нашли в кабинке туалета центральной автобусной остановки, рядом с элитным районом. Мало кто понял, что человек умер, захлебнувшись водой, а не то, что у него возникли проблемы с сердцем. До прибытия помощи нашлись некоторые неравнодушные, которые попытались его откачать — безуспешно.