Оттого не отвѣчалъ вамъ на хорошія письма ваши. Особенно первое. Я вамъ надоѣлъ Эпиктетомъ. Онъ говорить: если ты боишься прослыть дуракомъ или дряннымъ человѣкомъ, то ты никогда и не начиналъ быть философомъ. Я думаю, что Хр[истосъ] не отвергъ бы этаго изрѣченія, замѣнивъ слово «философъ» моимъ ученикомъ; а вы говорите, что то, чтò вы созидали 16 лѣтъ,1 разрушено. Если то, чтò вы созидали, можетъ быть разрушено прихотью человѣка, то зданіе это2 не стоить орѣховой скорлупы. Если же то, чтò вы созидали, есть настоящее дѣло, то всѣ попытки разрушить его только докажутъ твердость зданія. Если то, чтò вы дѣлали, имѣло цѣлью обществен[ное] мнѣніе, то для разрушенія этого не нужно даже поступковъ, нужно только ловкое слово клеветы — дунуть и все пропало; если же вы строили въ себѣ человѣка (чтò вы и дѣлали, я знаю), то зачѣмъ вы, дѣлая его въ себѣ 16 лѣтъ, возьмете да и сломаете, чтò строили.
Дай Богъ вамъ устроиться полегче для себя, но все также — смиряясь и отрекаясь — другаго нѣтъ средства побѣды, какъ вы сами знаете.
Л. Т.
Петербургъ. Уголъ Манежной и Надеждинской. № 50. Александрѣ Михайловнѣ Калмыковой.
Печатается по автографу, хранящемуся в ИЛ. Публикуется впервые. Датируется на основании почтовых штемпелей на конверте: почтовый вагон 15 июля 1885 и С. Петербург 26 июля 1885.
Письма А. М. Калмыковой, на которые отвечает Толстой, неизвестны.
1
2
Приложеніе1 къ моему послѣднему письму попало нечаянно, оно назначалось В[ладимиру] Г[ригорьевичу] въ Англію. Пріѣхалъ ли онъ? Я віноватъ передъ нимъ и передъ многими — молчаніемъ; заступитесь за меня передъ тѣми, кто на меня сѣтуетъ. Поклонъ П[авлу] Ивано[вичу] и Вл[адимиру] Гр[игорьевичу], если онъ пріѣхалъ. Я живъ, здоровъ. Ахъ, да. Какъ бы ни слова не отвѣчать и не упоминать о статьѣ, к[оторую] вы мнѣ прислали. — «Зачѣмъ ты пршелъ насъ мучать І[исусе] сыне Давида».2
Л. Толстой.
Петербургъ. Уголъ Манежной и Надеждинской № 50. Александрѣ Михайловнѣ Калмыковой.
Печатается по автографу (письмо открытое), хранящемуся в ИЛ. Публикуется впервые. Датируется на основании почтовых штемпелей: Ясенки 6 августа 1885 и С. Петербург 7 августа 1885.
Письмо А. М. Калмыковой, на которое отвечает Толстой, неизвестно.
1 О каком «приложении» говорит здесь Толстой, выяснить не удалось.
2 Евангелие Мф. гл. 8, ст. 29.
Очень порадовало меня, милый другъ, извѣстіе привезенное нашими1 о вашемъ состояніи. Теперь я вѣрю, что вамъ лучше. Онѣ мнѣ такъ описали васъ, что точно я былъ съ вами. Только бы холода не попортили дѣло, только вы съумѣли къ нимъ приладиться. Я не писалъ вамъ долго, пот[ому] ч[то] былъ долгое время въ состояніи — не знаю какъ сказать, въ хорошемъ состояніи, но въ такомъ, въ какомъ я не могу ничего писать, даже писемъ. Теперь я прихожу, напротивъ, въ писательское состояніе и хочется писать, а работы слишкомъ много. Началъ нынче кончать и продолжать смерть И[вана] И[льича].2 Я, кажется, разсказывалъ вамъ планъ: описаніе простой смерти простого человѣка, описывая изъ него. Жены рожденье 22-го и всѣ наши ей готовятъ подарки, а она просила кончить эту вещь къ ея новому изданію, и вотъ я хочу сдѣлать ей «
Вчера уѣхалъ только Чертковъ съ Бирюковымъ. Они пріѣзжали на 3 дня. Онъ очень распрашивалъ про васъ и посылаетъ вамъ свою любовь. Онъ мнѣ очень помогъ въ семьѣ. Онъ имѣлъ вліяніе на нашъ женскій персоналъ.3 И можетъ быть вліяніе это оставитъ слѣды. Меня же онъ раззадорилъ писать для народа — темъ бездна, не знаю что выбирать. Но вы еще прежде меня подзадорили и послѣднимъ письмомъ, и тѣмъ, кот[орое] вы мнѣ давно писали изъ Тулы — о 5 заповѣдяхъ въ притчахъ.4 Вы правы, и я бы былъ счастливь исполнить это. — Передайте нашу любовь вашей семьѣ, обнимаю васъ.
Л. Толстой.
Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Впервые опубликовано А. Е. Грузинским в «Вестнике Европы» 1915, 2, стр. 22—23. Датируется на основании пометки кн. Л. Д. Урусова: «Получено 22 августа 1885 г.».
1 Вероятно С. А. Толстая делала ответный визит кн. Урусовым. Однако утешительные известия о здоровья кн. Л. Д. Урусова были обманчивы: в сентябре того же года он умер.
