Это что же выходит: последние два месяца на Псковщине активно действует серийный маньяк? Почему же о нём никто ничего не знает? Или знают, но молчат? Не те времена… Журналисты давно бы расписали в красках каждый труп, дай лишь повод.
Значит не маньяк, а кто? Или что?
Телефонный звонок вернул Светлова к текущим делам.
Борис Евгеньевич очень вежливо, он всегда вежлив, поинтересовался: а не забыл ли Светлов, какое сегодня число?
Число было двадцать второе, а день — вторник. И это означало, что именно сегодня на стол Борису Евгеньевичу должен попасть отчёт за вторую декаду июня…
С начала месяца Светлов изучал милицейские сводки, выискивая случаи достаточно специфичного мошенничества. Заодно просматривал газетные рекламные объявления и интернет-сайты соответствующей тематики. Главным объектом разработки Конторы стала некая целительница и ясновидящая Галина, обладательница роскошного диплома Гамбургской академии астральных наук и скромно оформленного свидетельства о праве заниматься индивидуальной предпринимательской деятельностью… А суб-аналитик Светлов прорабатывал побочные аспекты проблемы.
— Совсем обнаглели, — сказал Борис Евгеньевич, поручая ему разработку. — Уже и не маскируются.
— Может, шарлатанка?
— Галина как раз не шарлатанка… Пока ни в чём криминальном не замешана, но… Под неё многие работать пытаются, сам посмотри.
Борис Евгеньевич передал Светлову пачку газетных вырезок. Тоже чей-то кропотливый труд. Не сам же глава отдела резал жёлтую прессу в поисках рекламы колдунов и экстрасенсов.
Отсеять явных шарлатанов и поручили Светлову.
Отчёт был практически готов, на исправления в черновике ушло полчаса.
Внимания заслуживали лишь два целителя, пользующихся непонятными, но действенными методиками, и ещё один любопытный персонаж: практикующий колдун и по совместительству писатель-эзотерик, позиционирующий себя на рынке как «бокор» (проще говоря — жрец) вуду, якобы получивший посвящение на «Святом острове» (проще говоря — на Гаити).
Во всех остальных случаях даже из терминов, используемых в рекламных текстах, было видно — люди понятия не имеют о вещах, знатоками коих себя объявляют…
Милицейские сводки тоже помогли. Как их копии попадали в Новую Инквизицию, Светлова не интересовало. Главное, что попадали. Полные и свежие. Зачастую жертва очередного колдуна, расставшись с энной суммой и ничего не получив взамен, направляла стопы в родную милицию.
Зато вуду — вполне серьёзно. Каким ветром знатока мрачного культа занесло в Россию? А вот это по наводке аналитического отдела и проверят оперативники Новой Инквизиции. Если сигнал верный, аналитику плюс.
Но некий аналитик, между прочим, задерживает отчёт…
Ковалёв просмотрел документ быстро, вполглаза.
— Неплохо, неплохо… Но с вудуистом ты ошибся. Взгляни, пришёл ответ от коллег с Гаити…
Протянул бумажный лист и, не выпуская из рук, действительно позволил только
— В общем, никакой он не «бокор», — прокомментировал Борис Евгеньевич. — Мало того, что самозванец, так ещё и профан полный, валит всё в одну кучу, путает Ошала и Эшу, Осайе и Ошоси…
— Так что же, пусть резвится дальше? — не понял Светлов. — Он же на своём сайте чуть ли не в открытую предлагает услуги по инвольтации…
— Проведём профилактику… Дезавуируем его писульки комментариями специалистов, нажмём на нужные кнопки в издательствах, устроим пару-тройку жизненных неприятностей, как Кашпировскому в своё время. Взвоет «бокор» от такой жизни и займётся чем-нибудь полезным. — Ковалёв вздохнул. — Кашпировский, правда, не занялся… Но и в Россию ему с его шоу дороги нет и не будет.
Борис Евгеньевич аккуратно сложил листки отчёта, убрал в папку… Светлов понял, что разговор завершается. И торопливо спросил:
— А что, на Гаити тоже есть
— Ну, скажем так: одна штатовская организация схожего профиля ведёт там работу… Их главная тема — негритянский вудуизм, приходится добираться до первоистоков.
«Неужели ку-клукс-клан?» — подумал Светлов. Из некоторых обмолвок коллег можно было сделать вывод, что Контора поддерживает отношения с этой организацией — которую так любили оплёвывать и поливать грязью советские СМИ…
Вернувшись к себе, Светлов снова придвинул лист с женскими именами и фамилиями.
Потом потянулся за записной книжкой.
Десять лет прошло, не сменился бы номер телефона…
— Можно Соню?
Молчание, воцарившееся на другом конце провода, заставило Светлова обругать себя: «Умнее ты ничего не придумал: попросить к телефону пропавшую без вести».
— Хто спрашивает?
Голос старческий… Кажется, у Сони была весьма властная бабуля.
— Это её знакомый. Ещё со школы. Саша Светлов, может быть, помните меня?
— Саша… А… помню, помню. Помню, как Сонька по тебе убивалась. Сменял мою внучку на ту… как её звали-то? Училась с вами…
