Мне было всё равно: проиграл, значит, проиграл, не корову, в конце концов. Да и победа, по сути, так себе, бумажная, посмотрим, кто станет первым в реальном поединке.
— Где сейчас Кураев?
— В судейском шатре, продолжает уговаривать маршала. Ты же знаешь, он не любит выигрывать по очкам, тем более что в номинации «меч-щит» победил ты. Так что быстро он от них не отступится.
— Дисквалифицируют его когда-нибудь, допрыгается.
— Изгонят с позором, — поднял палец Николай Львович. — Здесь это называется так.
— Ах да, мы же в Средневековье.
— Не кощунствуй, Стригин, — донёсся от входа женственный голос. — Не смей говорить о Средневековье в уничижительной форме. Это наша жизнь.
Я вздрогнул. Катя… Лёгкими шажками она прошла к столу и улыбнулась.
— Николай Львович, позвольте я сама помогу Дмитрию с доспехами.
— Катрин, как я могу отказать тебе? Конечно… — он поклонился и глянул на меня искоса. — Пойду в шатёр обслуживающего… пардон, в палатку для слуг. Она тут рядышком, если что — зовите.
Я попытался встать. Катя не должна здесь находиться, она жена Кураева. Если он увидит, или узнает, или кто-то скажет ему… Очень не хочется скандала. Но Катя положила ладони мне на плечи и слегка надавила. Потом быстро начала расстёгивать ремни, бросила на пол кирасу, наплечник. Движения были точными, ничего лишнего. Каждый ремешок и каждая деталь доспеха для неё давно стали знакомы, а когда мы встретились впервые, она с трудом могла отличить кирасу от подола.
В то время она была моей. Познакомились мы на турнире, она пришла поглазеть на невиданное зрелище, а я гонял кого-то по ристалищу. Кого именно не помню, может быть и Кураева, разумеется, взял первое место, подошёл к трибунам, поднял забрало и… С тех пор Катя ездила со мной повсюду. Любовь наша была яркая, шумная, многие жаловались на стоны из шатра и гостиничных номеров. Нас это забавляло, и мы старались, чтобы жалоб было больше. Однако выпускник археологического факультета с неопределённым будущим не может долго удерживать внимание такой женщины, и в какой-то момент Катя решила, что мой лучший друг Игорь Кураев подходит ей больше. Решила — и без долгих раздумий поменяла меня на него.
На этом дружба закончилась, ибо невозможно находится рядом с теми, кого любил, и делать вид, что ничего не произошло. Но что самое интересное, Игорь ненавидел меня сильнее, чем я его. Казалось бы, он увёл у меня женщину, должен чувствовать вину, но в реальности начал ревновать ко мне. Да и не шумели они в шатрах, как мы когда-то. Катя, Катя…
Я попытался отстраниться.
— Послушай… ты же замужем.
— И что? Мне это не мешает.
— А мне мешает. Игорь мой друг. Пусть и бывший.
— Не очень-то он вспоминал о вашей дружбе, когда дарил мне подарки.
— Его проблемы. Каждый дружбу воспринимает по-своему. Да тут уже и не в дружбе вопрос. Ты могла не принимать его подношения.
— Кольцо с бриллиантом? Шутишь? Или айфон за сто пятьдесят штук? Знаешь, Стригин, сердце женщины полевыми ромашками не завоевать.
— А как же любовь?
Катя засмеялась. Смех был не напускной, из глаз её выступили слёзы. Она осторожно вытерла их кончиками пальцев.
— Ты такой наивный. Поэтому и нравишься мне. Если бы мой папа, а не кураевский, открывал ногой дверь в администрацию губернатора, плевала бы я на всех, кроме тебя. Ну ей Богу, с тобой не соскучишься. И дети у нас были бы смешные. Трое. Не уверена, что все от тебя, но один бы точно твой. Знаешь почему? Чтобы смотреть на него и смеяться. Ну что, Стригин, постараемся над наследником, пока есть возможность? Торопись, а то ведь передумаю. Ну?
Мне стало неприятно. Поведение Кати никогда не отличалось нравственностью и аскетизмом, но я смотрел на это сквозь пальцы и думал, что она обязательно изменится. Поженимся, всё станет по-другому. Замужняя женщина смотрит на мир иначе. Но вот она замужем, и не просто ничего не изменилось — стало хуже. Бедный Игорь. Или уже можно называть его оленем? А если он сам позволяет ей это? Есть же пары, которые разрешают супругам искать приключения на стороне.
— Знаешь, что…
От Кати исходили такие потоки сексуальности, что все мысли… Правильно, неправильно… Господи, да пошло всё к чёрту! Если Игорь поступил со мной так, почему мне нельзя? Хотя бы отомщу.
Я обхватил Катю за бёдра, она встряхнула волосами, оскалилась, словно львица. Её игривость всегда вызывала во мне дикие фантазии. Обида по-прежнему давила на грудь, но как же я по ней соскучился. Как я соскучился!
Очередной раскат грома встряхнул шатёр. Но это не пугало, наоборот. Я провёл ладонью по её спине, нащупал завязки, дёрнул шнуровку. Платье на плечах распахнулось, я припал губами к её шее…
— И-и-и… как это понимать?
С улицы вместе с ветром вошёл Игорь. Обычно он обходил мой шатёр стороной, но сегодня впервые за год решил изменить маршрут. Лицо пока ещё хранило спокойствие, но это ненадолго. Осознание происходящего уже кривило рот, глаза наливались яростью. Я отметил мысленно: оружия нет. Наверняка оставил в своём шатре. Снял рукавицы, шлем, отстегнул наплечники, но не смог справиться с креплением кирасы и пошёл искать жену. Нашёл.
