— Мы просто разговаривали, — без тени смущения проговорила Катя.
— Разговаривали? Просто разговаривали? Я, по-твоему, слепой? Слепой⁈ Платье поправь, корова, всё вымя наружу вылезло!
Он потянулся к ней, я встал между ними.
— Стоп, Игорь. Давай без нервов.
— Что? Без нервов? Без нервов. Стригин, не делай из меня дебила. Ты её… Как ты мог, как? Я думал ты друг, а ты… Да кто ты после такого?
Он рванулся ко мне, я вытянул руку, удерживая его на расстоянии.
— Успокойся! Вдохни и выдохни, сосчитай до десяти, потом поговорим.
Но объяснять Игорю что-либо сейчас было бесполезно. Он лез в драку. Я отступал, продолжая удерживать его на расстоянии. Катя пыталась разъединить нас, что-то кричала, но разве можно развести двух сцепившихся самцов? Носком тяжёлого ботинка Игорь ударил меня по голени, я зашипел и без размаха всадил ему в челюсть. Его повело, он схватился за край стола. Подскочила Катя, помогла устоять.
Игорь задышал, боевой запал пошёл на убыль. Это к лучшему. Если сейчас мы подерёмся, нас изгонят с позором, и наверняка не допустят на следующий турнир. Меня так точно. На кулаках Кураеву со мной не равняться, а если я разозлюсь, то одним ударом он не отделается. И кто тогда после этого станет крайним?
— Я тебе сделаю, — он ткнул в меня пальцем. — Сделаю! На коленях ползать будешь, мразь.
На коленях — это он преувеличил, для подобного я слишком сильно себя уважаю, однако устроить мне проблемы он действительно может. Папа — друг губернатора, топ десять среди бизнесменов города. Как говориться, деньги и связи решают всё.
— Игорь, прекрати, — встряхнула его Катя. — Ты о чём?
— Да ты, шлюха!..
Он влепил ей пощёчину.
Где-то снаружи пронзительно закричали, резко пахнуло горелым. Меня отбросило на скамью, опрокинулся стол, рядом упал Игорь. Он тут же перевернулся и встал на колени, протягивая руку ко входу. Возле опорной стойки лежала Катя. Я медленно поднялся, в голове гудело. Ветер играючи сорвал шатёр и понёс куда-то. Над трибунами поднимался дым. Языки пламени лизали деревянные конструкции и рвались вверх по портьерам. Это было так впечатляюще красиво, что хотелось рассмеяться. И я рассмеялся.
— Toi drôle, petit serpent?
Я понял каждое слово из сказанного, однако плотный мужчина ростом чуть ниже меня, гнусаво повторил:
— Тебе смешно, змеёныш?
Одет он был в дублет со стоячим воротником и в узкие штаны — шоссы. На ногах кожаные боты с длинными носами, на бёдрах дворянский пояс и меч. Обычный набор средневекового мачо. Таких на турнире полно. Ходят, обхаживают дам, разбрасываются любезностями, задирают участников. Как правило, это статисты из местных клубов, в силу определённых причин не выступающие на турнире. Я сталкивался со многими из них, но конкретно этого не видел ни разу. Лет тридцать, лицо ничем не примечательное, разве что брови чересчур широкие. Кто он такой, чтобы хамить мне? От Кураева я ещё готов стерпеть, а от этого наглеца терпеть не стану.
Я шагнул вперёд, сокращая расстояние, и по всем правилам, с доворотом корпуса, всадил ему левой в челюсть. Бровастый лязгнул зубами и перезревшей листвой осыпался на землю. Я встал в правостороннюю стойку: есть ещё желающие?
К моему удивлению, желающие нашлись, причём, сразу двое, только использовать они собирались не кулаки. Один выставил его перед собой дешёвенький меч, второй выдернул из-за пояса клевец. Я по привычке потянулся за бастардом[1], с досадой вспоминая, что положил его на стол. Странно, но меч висел на поясе слева, что тоже странно, ибо я всегда вешаю его справа, специально под левую руку. Но бог с ним, мы и правой можем.
Я вытянул меч, сделал кистевой мах. Обычно такое движение отпугивает всяких малахольных идиотов. Эти не испугались.
— Пацаны, вы реально решили поединок устроить? Маршалу это не понравится. За нападение на участника, вас однозначно с турнира выпрут.
Мои доводы проигнорировали. Кажется, эти ребята не понимали всей глупости своего положения, и стали обходить меня с двух сторон. Я не собирался давать им преимущества, шагнул к мечнику, и прежде, чем тот успел что-то сделать, нанёс удар плашмя по голове. Рисковые, однако, чуваки, вышли на поединок в одних лишь стёганках. Оглушённый мечник упал на задницу, из разбитого лба потекла кровь. Я развернулся ко второму. Клевец — оружие серьёзное и весьма опасное, но только если умеешь с ним обращаться. Я умел, противник передо мной нет. Он замахнулся, заорал, пытаясь напугать меня. Я шагнул вперёд-вправо, перехватил вооружённую руку и рывком отправил его в объятья мечника.
— Вы совсем дурные? Если вам Кураев заплатил, то вы однозначно продешевили. Или он что-то другое обещал?
Начал приходить в себя бровастый. Он перевернулся на бок, и, кряхтя, встал на четвереньки. К нему подбежал одетый как паж подросток и помог подняться.
— Ты… — бровастый глубоко вдохнул и захрипел. — Ты поплатишься, Вольгаст… поплатишься. И мать твоя, эта старая ведьма. Гореть вам на костре! Лучше убирайтесь с моей земли. Завтра я приведу больше людей.
