Псы войны полностью

Расстояние между ним и Легионером становилось всё меньше. Рогбольд громко свистнул, и из-за ближайшего дома выскочила огромная чёрная лохматая собака с оскаленной пастью. Не останавливаясь, она бросилась к Элу.

Однако по мере приближения собака сбрасывала скорость. Пока, наконец, не остановилась. В её глазах отразилось смятение. Попятившись, животное мотнуло головой, словно отгоняя образ, а потом улеглось, спрятав голову в лапы.

— Лохмач! — хрипло окликнул собаку Рогбольд. — Взять!

Животное не шелохнулось.

— Проклятье! — Рогбольд добавил пару крепких выражений и встал в позицию. — Что тебе нужно?! — крикнул он Элу. — Откуда ты взялся?!

Эл пропустил вопрос мимо ушей. Меньше всего он собирался рассказывать этому человеку историю своей жизни. Перед ним был враг — сильный, опытный — именно такой, какой был ему нужен!

Мечи скрестились, посыпались оранжевые искры. Противники обменялись серией яростных ударов и закружились друг вокруг друга, выбирая время для атаки. Теперь Эл разглядел предводителя Армии Синего Паука, остатки которой находились неизвестно где, кроме тех солдат, которые остались валяться на площади, ослеплённые вспышкой Аб-Иншара.

Рогбольд был чуть ниже него самого, с длинными светлыми, почти белыми, волосами. Тёмно-серые глаза пристально вглядывались в Эла, стараясь нащупать слабое место в его защите, лицо было широким, крепко вылепленным и гладким, словно маска, так что на вид Рогбольду можно было дать не больше тридцати. Лоб пересекал широкий неровный шрам, оставшийся, судя по всему, после удара палицы или шестопёра. Удивительно, как человек вообще мог остаться жив после такого ранения. Должно быть, оружие только задело, но не пробило череп.

Рогбольд взмахнул мечом и провёл серию ударов. Эл отразил их с лёгкостью и сделал несколько ответных выпадов. Его противник защищался быстро и ловко, чувствовалось, что в нём скрыта большая сила. Когда они разошлись, Рогбольд одним движением расстегнул плащ и бросил его на мостовую, оставшись в лёгких чешуйчатых доспехах с синей эмблемой на груди.

— Хороший меч, — сказал Эл, внимательно следя за каждым движением врага. — Тебе известно его имя?

— Конечно, — ответил Рогбольд, криво усмехнувшись. — Это Найгдар, выкованный в мрачных землях Каргадана!

— Раньше его звали по-другому. Откуда он у тебя? — спросил Эл. — Подарок Ирдегуса?

По лицу Рогбольда скользнуло удивление.

— Откуда тебе это известно?! — проговорил он в лёгком замешательстве. — Кто ты?!

— Это неважно, — ответил Эл. — Между прочим, где твоя армия? Что-то я не вижу здесь тех отборных убийц, которыми она прославилась во время похода на Вайтандар.

На лице Рогбольда отразилось страдание.

— Никакой славы! — прошипел он. — Никто не выжил. Некому рассказать о моей армии!

— Ошибаешься, — ответил Эл. — Кто-нибудь всегда остаётся жив. Впрочем, ты не ответил мне.

— И не собираюсь! — Рогбольд ринулся в атаку.

Он ударил сверху, затем сбоку, попытался пробить защиту Эла спереди, нацелившись в грудь, но некромаг быстро отразил все атаки и полоснул противника мечом по руке чуть выше локтя. Рогбольд отскочил и, со злобой глядя на врага, проговорил:

— Ты хороший воин, незнакомец! Я прежде не встречал таких. Как тебя зовут?

— Эл. Я говорю это для того, чтобы ты знал имя своего убийцы.

— Довольно самонадеянно! — заметил Рогбольд, усмехнувшись.

— Ты слышишь в моём голосе похвальбу? — отозвался Эл.

Пару секунд Рогбольд стоял, прищурившись, а затем помрачнел.

— Хватит болтать! — крикнул он. — Продолжим!

Они схватились. Эл уклонился от серии ударов, заставляя противника потерять равновесие, затем нырнул под Найгдар, и, оказавшись позади Рогбольда, вонзил клинок тому в печень, пробив тонкие панцирные пластины.

Предводитель Армии Синего Паука покачнулся и попытался повернуться к Элу лицом. Тот выдернул меч и сделал шаг назад. Кровь хлынула из раны, заливая мостовую. Рогбольд обернулся, пытаясь что-то сказать. Во рту у него забулькало, и на грудь полились чёрные ручейки.

Эл отступил, ожидая агонии, но вместо этого Рогбольд неожиданно выпрямился и поднял меч. Найгдар вспыхнул всеми цветами радуги, камень, вправленный в эфес, загорелся синим пламенем, из него вырвались голубые молнии и заструились по рукам воина. Рогбольд удивлённо взглянул на продолжавшую течь из раны кровь и неуверенно улыбнулся.

Эл встал в позицию. Было ясно, что фламберг вливает в своего владельца новые силы, позволяя продолжать бой! Эл никогда не слышал, чтобы этот каргаданский меч мог такое. Очевидно, всё дело было в голубом кристалле. Действительно, самоцвет казался слишком большим для этого меча, его словно вправили потом.