- Хорошо, - прожевал слова Смелли, - вы получите копию договора в день нашего отлёта. Ничего там секретного нет...
- Когда Вы валите от сюда?
- Если завтра всё сделаем, то вторник утром. Учтите, текст соглашения опубликуют, как только мистер Гуль прибудет в Лондон.
- Значит, дальше Луиса Вы не летите? - Смелли неопределённо повёл плечами, а Алекс продолжил. - Не расстраивайтесь так, Крейг! В сущности мы с Вами воюем по разные стороны: Вы хотите всё делать тайным, я явным. Из оружия у меня только шариковая ручка, а вас к ней есть ещё и пистолет...
- Никто Вам не запрещает приобрести себе такой же,- обиженно произнёс разведчик.
- Да. Тогда это нас уравняет...
- Спокойной ночи, Алекс, - Смелли поднялся с места и направился к выходу из бара по красной ковровой дорожке, которую он совсем недавно принял за отражение солнца на поверхности океана. Тут Алексу стало ясно, что этот разговор шпиону не очень приятен.
- Удачного дня,- крикнул ему журналист вдогонку. Он был очень доволен: послезавтра у него на руках будет ещё одна сенсация, а значит - приличный гонорар от европейского заказчика. Алекс допил свой джин и оглянулся в поисках собеседника. Тут он увидел Гомеза, подходящего к стойке бара.
- Ну что старина, отстрелялся?
- Точно подмечено!
- Давай дерябнем по одной, я -- угощаю!
- Согласен. Тем более, что с тебя причитается, ведь это я тебе обмолвился о вчерашнем банкете.
- Да, но тыне знал про митинг...
- Никто не знал!
- Ты что, хотел просочиться на банкет?
- Да!
- И как?
- Не тут-то было. Как только прожекторы погасли к зданию со всех сторон стали съезжаться вожди, депутаты, советники! Все стремились проникнуть внутрь с поводом и без повода. Понятное дело, что я со своей белой рожей в сразу примелькался.
- Конечно же тебя не пустили!
- Угу! Я так хотел взять эксклюзивное интервью, но начальник охраны...
- Лейтенант Эйно Экс?
- Угу. Сразу заявил, что сегодня меня не примут. Впрочем, он говорил это всем остальным лизоблюдам...
- Как ты себя низко ценишь!
- Вовсе нет. И они, и я стремились вл дворец, чтобы заработать. Я -- с интервью, они -- с подхалимажа...
- Интересно, удалось кому-нибудь прорваться?
- Насколько я заметил, нет. Ворота были заперты на запор. Только потом, поздно вечером, машины епископа, Вашни, Пира и Верда пропустили во двор через боковые ворота. Ещё раньше проехали два военных джипа. Думаю, там тоже кто-то был из начальства. Ещё заезжал Сэм Арвидсон на минивэне из госпиталя. Мне кажется это был единственный белый в их тусовке. Правда, он быстро слинял. Возможно, кому-то стало плохо...
- И долго они там гуляли?
- Трудно сказать. Ставни были задвинуты, но музыка играла вовсю...
- Тамтамы и тамбурины?
- Шутишь? Нормальный джаз: Армстронг. Фицджеральд, братья Миллс. Они что, по-твоему, дикари?
- Да, нет, я так не думаю. Доктор Окойе вызывает ощущение очень интеллигентного человека...
- Посмотрим, как он пройдёт испытание властью! Первые симптомы уже налицо: он вещал с трибуны будто бесноватый фюрер...
- Вероятно, это новый метод воздействия на массы, - примирительно сказал Гомез.
- Конечно, прожекторы, мегафон, эффект толпы...
- И, всё-таки, я считаю, что тебе очень повезло, что ты записал это выступление.
- Конечно, повезло. Пихнул сенсацию, - Алекс допил джин и заказал ещё. - Все считают, что мне про митинг рассказал папаша Вильк, - самодовольно произнёс Алекс, отводя глаза в сторону зала. - Включая его самого. Я, конечно, этого не отрицаю...
Гомез бросил ироничный взгляд туда, где старый поляк цветёт среди общего внимания.
- Наверное, это ему надо, - философски произнёс он, сгребая выложенные журналистом на стол монеты...
Тем временем, Алекс переключился на своего французского коллегу из "Монд", который хотел что-нибудь о местных колдунах.
- Мы, мон ами, обычно относимся с иронией к историям о вере африканцев в заговор, в талисманы, о странных, временами возмущающих обрядах, совершаемых ими для защиты от сглаза, от колдовства. Но от нашей иронии и негодования часто отдаёт изрядным лицемерием, - вещал его собеседник.
- Насколько я могу судить, колдовство в Зангаро - постоянное обращение к духам. Им не брезговал даже Кимба. В штате его правительства были известные знахари и колдуны, а его генеральный прокурор даже охранял его жу-жу. Не помню как его звали, вроде как Флит или Флет.
- Говорят, он спасся?
- Вероятно.
- Не странно ли, социалисты- колдуны!
- Я рассматриваю это как недостаток образования, а также как протест против господствующих религий.
- А можно утверждать, что колдовство - дочь нищеты.
- Скорее, это надежда мятежных.
- И как же с ним бороться:
- Это лучше спросите у мэтра Лоримара. Он получил назначение на пост генерального прокурора. Хотите я Вас познакомлю и организую интервью?
- Да, с большим удовольствием. Я вам буду премного обязан!
- Спасибо в карман не положишь!
Да, конечно, понимаю! Вы хотите что-то о ком-то узнать?
- Вы угадали. Меня интересует один француз, бывший наёмник,с которым я столкнулся здесь в баре.
- Я что-то слышал про эту стычку,- нахмурился журналист. - Вероятно, это чертовски опасный тип.