Твой вопрос, похоже, озадачил Марджи.
Марджи смеется.
На лице у нее выступают пятна.
Марджи прижимает к щекам ладони.
После кофе и торта ты чувствуешь прилив энергии. Вернувшись в койку, сбрасываешь простыни и, глядя на часы, начинаешь возить ногами взад-вперед.
12:30. Раздается сигнал телефона, и ты слышишь, как охранник достает из-под стула маленький портативный холодильник. Скрипя ботинками, идет по коридору к кухоньке. Гудит и через две с половиной минуты звякает микроволновка. Ты считаешь, сколько секунд ему потребуется, чтобы вернуться.
Ходишь по палате.
12:51. Тележка с едой грохоча подъезжает к твоей палате. Ты запрыгиваешь в кровать, натягиваешь простыни до подбородка и притворяешься, будто спишь. Кто-то ставит на тумбу обед. Люди каждый день разные.
Ты ешь овощи, заглатываешь миску печеных яблок. Идешь к окну. Ты на седьмом этаже. Тебе видно все до конца многоярусного паркинга, за которым начинаются мангровые заросли. В паркинг заходят и выходят люди. Когда они открывают двери, серебристые вспышки бликов слепят глаза.
Ты составляешь план. Сегодня после ванны ты попросишь Марджи постричь тебе волосы. Типа хочешь завтра произвести хорошее впечатление на полицейских. Соберешь волосы и пройдешь мимо охранника с полотенцем на голове.
Завтра в 12:28 выложишь волосы на подушку. Ниже поместишь вторую подушку и прикроешь ее одеялом.
Все будут думать, ты спишь. Ты наденешь то, что оставила тебе Марджи, и…
…побежишь.
Ты бежишь, в ногах высвобожденная сила. Ритмичный топот заглушает все голоса в голове – матери, отца, Миды, Теши.
Сегодня ты не свернешь с дороги на кладбище. Ты пробежишь мимо. Волосы, заплетенные в косы и тяжелые от амулетов и лент, бьются о кафтан. Мешает многослойный свадебный наряд. Но сейчас тебя ничто не остановит – ты ждала слишком долго.
Ты держишь курс на реку. Ты переправишься через нее и найдешь дорогу к Тропе пилигримов и Священной горе. А там затеряешься в толпе. Ты оглядываешься убедиться, что за тобой никто не гонится, и изо всех сил мчишься по соседскому полю.
Грязь прилипает к ботинкам, собираясь на пятках кирпичами. Ноги становятся не туда. Тебя будто пытаются сбить с курса, развернуть назад.
И поэтому ты бежишь еще быстрее.
Думаешь о Теши. Как часто ты воображала ваш побег. Это он проложил маршрут. Он рассказал про переправу через реку и про Тропу пилигримов. Но его нет, и ты решительно настроена на то, что больше не будет.
На краю поля, где начинается подлесок, ты падаешь на землю. Ползешь по густым зарослям кустов, пока голова резко не откидывается назад – косы зацепились за ветку. Ты останавливаешься выпутать их, и наконец, извиваясь, продираясь через густые ветви и шипы, добираешься до реки.
Река блестит. Ты никогда не видела, как она движется в темноте, под звездами. Тебе давно пора было уходить. В тот самый день, когда вы спрятали сверток, который ты сейчас ищешь. Но Теши настаивал: надо подождать.
Ты находишь сверток в разветвлении ствола, точно как вы оставили. Хорошо, что его не потрепало и он не заинтересовал зверей. Ты вытряхиваешь содержимое. Вязаная шапка и монашеская кашая, украденные для тебя Теши. Они будут маскировать тебя на Тропе пилигримов.
Ты снимаешь свадебные одежды и складываешь у ног. Наматываешь на себя кашаю, но она слишком длинная, и в том месте, где она волочится по земле, ты завязываешь узел. Надо уметь носить кашаю, и будь здесь Теши, он бы показал.
Ты топчешь, топчешь свадебные одежды, наконец они все в грязи. Ты поднимаешь их и бросаешь в реку. Они с плеском бьются о поверхность воды. Ничто за последние недели не доставило тебе большего удовольствия.
Ты с трудом идешь по илистому берегу в поисках брода, стараясь не думать о просватанных невестах и их зубах, усеявших берег жемчужинами. Это просто сказка, говоришь ты себе. Должна быть и хорошая сказка – о девушке, которая смогла убежать.
