Ничто не напоминало о случившемся вчера. Северян точно след простыл, а в конюшне, куда девушка зашла проведать Пламеня, не осталось ни единой приметы произошедшей стычки. Мерина в соседнем деннике тоже не было.
Решив, что всё обернулось к лучшему, Гнеда, тщательно проверив свой облик и накрепко увязав волосы под шапкой, вышла на улицу. Она всё ещё остерегалась принимать свой естественный вид, сомневаясь, как отнесутся к одинокой девушке, слоняющейся по городу, и решила притворяться, будто ищет службы для сестры. Из-за отсутствия бороды и усов она, пожалуй, походила на мальчишку, но во всём остальном стать Гнеды не сильно выдавала в ней девушку.
Нынче Стародуб уже не казался ей непривычным и враждебным. Тут и там девушка набредала на капустники и огороды, всюду мельтешили кучки деловитых куриц, коз и гусей. Некоторые части города сильно напоминали чрезмерно разросшуюся, грязную деревню.
Гнеда уже успела зайти в несколько дворов, где ей хоть и отказали, но вежливо и по-людски, когда на плечо девушки откуда ни возьмись слетел Злой. Гнеда привыкла к частым отлучкам птицы и теперь лишь усмехнулась, погладив её по рябой грудке.
— Где ты пропадал всю ночь, гулёна? — спросила она с шутливым упрёком, но соколок как ни в чём не бывало отвернулся, принявшись с независимым видом рассматривать небо.
Присутствие пернатого друга приободрило Гнеду, и она даже не заметила, как оказалась на противоположной стороне реки. Ноги сами перенесли её через мост, и девушка решила, что среди здешних богатых домов вероятность наняться была даже больше.
Просторная усадьба, не уступающая Кранн Улл по размеру, вольготно расположилась на самом берегу, и Гнеда, немного волнуясь, несмело вошла в распахнутые ворота. Ей тут же преградил дорогу человек при копье и мече, выглядевший не хуже княжеского привратника. В других дворах подобного не бывало, и девушка подивилась, как эта сторона реки отличается от той, торговой.
— Зачем, парень, пожаловал? — подозрительно спросил охранник, ощупывая Гнеду с ног до головы цепким взглядом.
Девушка сглотнула и ответила:
— На службу наняться.
В отличие от стражников на городских воротах, у этого воина самонадеянность мальчишки улыбки не вызвала.
— Не слыхал, чтобы господину нужны были люди, но, коли охота, поди, попытай судьбу, — безразлично ответил он. — Во-он туда ступай, спроси Жука, ключника, — добавил привратник, указав пальцем куда-то в глубину двора.
Гнеда поклонилась и поспешно засеменила туда, где шла оживлённая жизнь. Конюх заводил в стойло лошадь, женщины тащили корзины с овощами и выстиранным бельём, тут же носились мальчишки, и все как один отвлекались от своих дел, чтобы поглазеть на чужака.
— Люди добрые, кто здесь Жук? — выкрикнула Гнеда, но дворня продолжала молча созерцать её.
Два молодых служки начали о чём-то с ухмылкой переговариваться. Портомойница опустила корзину, водрузив руки на крутые бока, и уставилась на парня с уничижающим прищуром. Откуда-то с крыльца послышался короткий смешок.
Гнеда покраснела сначала от стыда, а затем от злости.
— Мне ключник надобен, подскажи, сделай милость, где найти его? — повторила девушка, обратившись к первому, попавшемуся под руку.
Человек, сжимавший кнут, должно быть, возница, имел довольно устрашающий вид, и Гнеда уже внутренне съёжилась оттого, что обратилась именно к нему. Но, как ни странно, он, застигнутый врасплох тем, что из брошенных в пустоту, слова вдруг превратились в предназначенные именно ему, смущённо ответил, указывая вперёд:
— Да вот же он, Жук-то!
Гнеда обернулась и увидела прямо перед собой коренастого человека с круглым маслянистым лицом.
— Чего надо? — грубо спросил он, сложив руки на груди и чуть повернув голову набок.
— Службы я ищу, — почти сердито ответила девушка, уже надеясь, что получит отказ. Работать под началом такого неприятного человека совсем не хотелось.
— А на что ты годишься, пострелёнок? — насмешливо спросил Жук, немного отклоняясь, чтобы получше разглядеть пришлого. — Тощий какой, в чём только душа держится. Сколько ж тебе зим? Давно мамка-то от груди отлучила?
Гнеда почувствовала, как что-то тёмное и страшное поднимается с самого дна её души, и со всей мочи сжала кулаки. Она даже открыла рот для ответа, но ключник и не ждал того.
— Нет, вы поглядите на него! Только высунул нос из своей зачуханной деревни, так сразу не куда-нибудь, а к самому господину Судимиру ему на подворье надо! Что уж там, ступай сразу к князю, может, там тебя приветят! Нету для вас у меня места, что ж вам тут всем мёдом-то намазано? — Ключник всё сильнее распалялся, несмотря на молчание девушки, гнев которой вдруг приутих от упоминания знакомого имени. Уж не тот ли это самый Судимир, про которого ей рассказывал Фиргалл? — Да ещё смотри-кось, кого притащил! — не унимался Жук, тыча пальцем в Злого, который подобрался и в самом деле неприветливо поглядывал на кричащего человека. — Да он нам всех цыплят поперетаскает! Убирайся вон со своею стервою!
