Миссис Прайс посмотрела на струйку крови, стекавшую к лодыжке. Мы тоже смотрели, не веря глазам.
— Идите сюда, присядьте, — позвала сестра Бронислава, и в тот же миг я, не нуждаясь в просьбах, достала из кармана чистый носовой платок и, опустившись перед миссис Прайс на колени, прижала его к ранке, как положено.
— Умничка, Джастина, — поблагодарила миссис Прайс, но я почувствовала, как она вздрогнула.
Остальные доели ланч, чьи-то две матери закурили. Джеки Новак начертила на сыром песке классики, а Джейсон Дэйли и Карл стали кидаться друг в друга водорослями. Джейсон Моретти нашел морское ушко, целое, безупречной формы, с радужной изнанкой, отражавшей многоцветье моря и неба. Все смотрели с завистью. Джейсон Дэйли сказал, что это он первый увидел раковину, просто не успел схватить, а Ванесса Камински предложила им поделить ее, но Джейсон Моретти возразил: разве можно поделить раковину? Его мать согласилась.
— Вот! — крикнула миссис Найт, отдуваясь и размахивая аптечкой. И, встав рядом со мной на колени, открыла ее. — Извини, Джастина.
— Спасибо, миссис Найт. — Сестра Бронислава протянула руку за аптечкой, как протягивала за камнями, когда мы сбивали орехи.
— Ах, — сказала миссис Найт, — пожалуйста. — И мы поняли ее разочарование: она рвалась помочь миссис Прайс, заслужить ее благодарность. Быть рядом.
Когда сестра Бронислава обработала рану, стало видно, что это всего лишь царапина.
— Говорила я, пустяки, — сказала миссис Прайс. — А шуму-то!
— С виду всегда кажется страшнее, чем есть, — заметила миссис Найт.
И все равно из-за того, что пластыря в аптечке не нашлось, повязку сестра Бронислава наложила огромную, как на серьезную рану.
— Еще кусочек, Джастина. — Миссис Прайс кивком указала на судок с мороженым.
На этот раз я растягивала удовольствие — не кусала мороженое, а сосала, прижав к небу. Я готова была хоть всю жизнь им питаться.
— До сих пор дохлятиной несет? — спросила Паула, ни к кому в особенности не обращаясь.
Я причмокивала вовсю.
Миссис Найт возмущалась: вот безобразие, в аптечке нет пластыря, это угрожает безопасности детей, надо на это указать фирме-перевозчику.
Тайком от всех я свернула платок кровавыми пятнами внутрь и спрятала в карман.
К нашему отъезду небо расчистилось, засияло глубокой жаркой синевой.
— Смотрите, — сказала сестра Бронислава, — отсюда виден остров Южный.
Щурясь от солнца, мы уставились на ослепительный горизонт и сказали, что видим, пусть на самом деле не знали, что это — то ли зыбкое облачко вдали, то ли обман зрения. Тут Доминик Фостер указал на крохотный белоснежный паром, идущий к югу, и мы закричали, замахали руками, хоть паром был слишком далеко и никто бы нас не заметил.
— Где мое морское ушко? — спросил Джейсон Моретти.
Никто не знал. Мы поднимали сумки, перетряхивали куртки, но раковину не нашли.
— Кто-то спер. — Джейсон обвел нас хмурым взглядом.
— Нельзя так говорить, Джейсон, — одернула его мать. — Простите, пожалуйста, миссис Прайс.
— Ничего. Я же вижу, он расстроен.
— Вот здесь я оставил, — сказал Джейсон. И, не успели мы глазом моргнуть, схватил сумку Джейсона Дэйли и вытряхнул оттуда все: коробку для завтрака, бутылку с водой, маршрутный лист, ручки, но раковины не было.
— Джейсон! Джейсон! — заахала его мать. — Что на тебя нашло? Где мой добрый мальчик?
— Я точно знаю, кто-то взял, — не унимался Джейсон.
— Ну хватит, — мать Джейсона обвела взглядом камни, песчаный пляж, — не забывай, где ты находишься. У моря вещи не залеживаются. Их сносит волной, засыпает песком...
— Давайте по дороге к автобусу поищем для Джейсона другое морское ушко, — предложила миссис Прайс. — Хорошо, люди? — У нее был дар все улаживать, всем поднимать настроение.
Никому не встретилось морское ушко, но Эми предложила Джейсону багрянку, а он не взял.
— Забирай домой, на ужин, — слышь, Эми? — ухмыльнулся Карл.
Эми швырнула раковину в море.
Я нашла дохлого краба, думала, Джейсону понравится, но краб ему был не нужен, как и гребешок Селены. В конце концов он взял у Линн Пэрри морского ежа, хоть и сказал, что морское ушко было лучше.
— Спасибо, Линн, — поблагодарила мать Джейсона. — Очень мило с твоей стороны. Правда, Джейсон?
— Ага, — кивнул тот.
— Значит, у нас снова мир и дружба, — заключила миссис Прайс.
Я хотела выкинуть краба, но Карл попросил:
— Дай посмотреть. — И посадил его мне на руку, как будто краб хочет меня цапнуть.
— Фу, — скривилась Мелисса.
В автобусе Карл сел со мной рядом. И, не выпуская из рук краба, сказал:
— Знаю. Знаю, что мы сделаем. — И весь затрясся от смеха, и шепнул мне в ухо: — Подбросим его к Сьюзен в аквариум. Вот она перепугается! — Он шептал, касаясь моего уха губами, и я машинально ответила:
— Давай.