— Это пыль скопилась, Василий Иванович. — сообщает Паша без злости.
— И правда… — немного разочарован дед Василий. — А я уже хотел в передачу звонить, чтобы телевидение приехало и интервью у меня взяло. Эх…
Мы с Пашей переглядываемся.
— Завтра я ему хороший телескоп под елку положу. — шепчу я Паше, чтобы дед Василий заранее не узнал о подарке.
Утром, покормив курочек, замечаю, как машина Паши спешно уезжает с нашего двора. Неужели уже увез свою благоверную? Быстро он, однако…
Поэтому так велико моё удивление, когда в десять утра на кухню выползает заспанная… Анька!
— Ты еще здесь? — удивляюсь я.
— Ну да! — заявляет она, присаживаясь на табуретку. — А что? Ты думала, что я уйду после всех издевательств, которыми вы меня подвергли?
Ничего не понимаю. Неужели, Паша не объявлял ей о разрыве их отношений?
— Просто… я думала, что Паша отвез тебя в город. — осторожно отвечаю я.
— Не дождешься! — хмыкает Анька.
— Тогда куда он уехал?
— Не знаю. — пожимает плечами Анька. — Он мне в мессенджере сообщение оставил, что ему надо было срочно по делам уехать, и что потом у меня с ним будет важный разговор!
Так вон оно что… у него что-то на работе случилось, а так как Анька дрыхла, он не мог с ней поговорить. И значит, она еще не в курсе, какой именно разговор ее ждет. М-да…
— Я уверенна, что он поехал за кольцом! — улыбается Анька, наливая себе кофе в кружку.
— За каким? — не пойму я.
— За бриллиантовым, конечно! — уверенным тоном отвечает Анька, — Чтобы мне предложение в Новогоднюю ночь сделать! А я приму, не сомневайся!
Ох, Анька… похоже, у меня для тебя плохие новости. Не кольцо тебя ждет, и не предложение… вернее, предложение расстаться с Пашей. Но я эти новости сообщать тебе не буду. Пусть Паша сам сообщает, если действительно решил вернуться ко мне.
Просыпаются девчонки, кормлю всех завтраком, а потом сообщаю:
— Сегодня тридцать первое декабря, нужно готовить к Новогоднему столу!
— Ура!!! — хлопают в ладошки тройняшки. — Давай готовить! Мы любим готовить!
Уж кто бы сомневался. Мои девочки, в меня все трое. Я тоже люблю по хозяйству шуршать, и они у меня такие же.
— Хорошо. — соглашаюсь я. — Я буду запекать мясо и овощи, Тася, Даша и Мила будут помогать с салатами.
— А мне что делать? — тут же возникает Анька.
Отвожу от нее взгляд. Я не знаю, как именно, на каком именно моменте Паша поговорит с ней, и что тогда произойдет, поэтому заставлять ее готовить как-то неуместно.
— Ты просто отдыхай. Жди Пашу.
— Ну уж нет! — топает ногой Анька. — Потом опять Паша тебя одну хвалить начнет! Я буду резать салаты!
— Ура! Тетя Аня, мы тебе будем помогать! — тут же соглашаются тройняшки.
— Ну… если вам так хочется, то пожалуйста! — снисходительно соглашается Анька.
Кухня у нас большая, и пока я вырезаю жилки у добротного куска говядины, наблюдаю за тем, как собирается готовить благоверная Паши.
Она долго и задумчиво смотрит на лук, на свои метровые когти, и снова на лук.
— Тася! Режь лук ты! — наконец, решает сложную дилемму Анька.
— Э, нет! — хитро прищуривается Тася. — Я от лука плачу! Сама режь!
— Тогда ты, Мила!
— Нет! Ты сама захотела готовить, вот и готовь. — тут же отнекивается Милочка.
— Я пойду принесу козий сыр. — ретируется с кухни мудрая Даша. — Девчонки, идите со мной, есть у меня одна задумка!
По трем хитрым мордочкам понятно, что они задумали очередную шалость, но у меня куча готовки, а еще, я просто уверенна, что и салаты на Новогодний стол мне придется резать самой, поэтому мне не до детских шалостей.
— Вот козы! — бормочет Анька, и начинает резать лук прямо с шелухой.
— Эй, доску возьми! — возмущаюсь я. — Ты сейчас мне столешницу поцарапаешь, а она дорогая! И лук от шелухи чистить надо!
— Правда? — хмыкает Анька. — А я думаю, чего он такой коричневый, поджарили его что ли…
Боже, и где Паша такое чудо откопал⁈
За дверью кухни, тем временем, слышится приглушенное хихиканье, шепот, девчонки как будто бы тащат чего-то тяжелое по полу. Интересно, чего задумали? Но у меня все руки в мясе, и я не хочу испачкать свою чистую мебель, или закапать пол, поэтому, продолжаю работать с говядиной.
Вся в слезах и соплях, Анька кое-как дорезает лук.
— Фу, у меня теперь все пальцы пропахли этим смрадом!
Ничего, хоть готовить научится.
— Тетя Аня, мы тебе сыр принесли! — влетают в кухню тройняшки с мисками. — Вот!
— А чего он какой-то жидкий? — хмурится она.
— Так это… плавленый! — бегают глазки тройняшек в разные стороны.
Мне бы бросить мясо, да посмотреть, чего ей там девчонки принесли, но опять-таки оторваться я не могу и забываю эту мысль.
После иду на улицу разогревать гриль. Пока укладываю туда мясо, пока иду в парник за огурцами-помидорами, возвращаюсь на кухню, а там…
— Вы чего мне подсунули⁈ — визжит Анька и дергает руками миску.
— Сыр! — ухмыляются девчонки.
Анька дергается пуще прежнего. Уже весь лук раскидала по полу. Овощи прилипли к стенам, а она продолжает дергать миску.
— Что ты делаешь⁈ — возмущаюсь я, оглядываясь на беспорядок. — Я же только кухню отмыла.
— Я застряла!!! — визжит Анька. — У меня руки из миски не вытаскиваются!