– Алиса меня не устраивает. Она что-то скрывает. Думаю, это «левые» доходы. У нее в этом плане очень опасная должность – много соблазнов. И я почти уверен – она не устояла. Если с тобой все понятно – у тебя богатый бойфренд – то откуда у Алисы дорогие шмотки, часы, пять пар «лабутенов» под столом – не на зарплату же она это все покупает?
Анна слушала молча, медленно, и, как она надеялась, незаметно, вжимаясь в стул. Он же прекрасно понимает, что не одна Алиса тут замешана, а главная роль как раз у нее, у Анны, так почему же он Алису хочет убрать, а Анну оставить, да не просто оставить, а еще и повысить?
Анна пожимала плечами и строила из себя не понимающую дурочку. Дамианос подыграл.
– Мне нужно, чтобы ты мне помогла ее убрать. Не сразу, со временем. Я понимаю, что она твоя подруга. Попробуем найти ей другую работу, богатого парня. – Он язвительно поднял одну бровь и посмотрел Анне прямо в глаза, проверяя, как она отреагирует. Анна вовремя нацепила «покер фейс» и изо всех сил старалась больше не краснеть.
– Деймон, я тебя услышала. Я подумаю, что можно сделать.
Остаток обеда они болтали о путешествиях, спорте, машинах, магазинах. Время пролетело незаметно, Дамианос не глядя оплатил счет картой «Виза Платинум», и они вместе вышли из ресторана. На ступеньке Анна споткнулась и подвернула каблук, Дамианос своевременно поддержал ее за локоть, а затем взял под руку и так довел почти до самого бизнес-центра, где она аккуратно высвободилась, чтобы не создавать лишних сплетен.
Перед лифтом он галантно поблагодарил Анну за обед и взял ее руку, поднеся ладонь к своим губам, чтобы поцеловать, но остановился и перед этим пристально заглянул ей в глаза. Онаснова густо покраснела.
В тот же день Дамианос созвал внеочередную «летучку», где объявил о том, что понижает Алису до ассистента отдела, в связи с тем, что объем документооборота неукротимо возрос в последнее время, и нужно чтобы кто-то им занимался, а также о том, что в скором времени в отделе закупок появится новый, очень компетентный сотрудник на месте Алисы, который очень быстро расставит все на свои места.
Вечером Дамианос позвал Анну выпить кофе и повторил свой вопрос про должность в его отделе. Она ответила согласием. Сердце в груди бешено колотилось, так что она даже свой «американо» не смогла допить. Оба вернулись в офисный блок взбудораженные и с новым рвением приступили к работе, хотя рабочий день уже пятнадцать минут как закончился и места за рабочими столами начали стремительно пустеть.
Алиса сказалась больной и отпросилась домой. Видя, как Анна повсюду ходит теперь с Дамианосом, и восторгается им, Алиса не стала искать поддержки у подруги и даже не позвала ее курить, прежде чем уехать из офиса. Не выдержав несправедливого удара, Алиса заболела нервным расстройством и почти три недели провела дома на больничном. Этого времени хватило, чтобы Анна под чутким руководством Деймона собрала все«доказательства» Алисиных махинаций. Благо, Анне было прекрасно известно, где искать – ведь все «схематозы» были придуманы и предложены ею самой.
Изучив папку с «доказательствами», предприимчивый грек сразу понял, что тянет на реальный срок. И перегнул палку. Не предупредив Анну, вызвал «нужных людей» из службы безопасности и дальше уже было дело техники – через несколько дней Алисе прямо на домашний адрес прислали повестку в суд. Все произошло стремительно, не помогли ни адвокат, ни Алисины родители – Алисе был вынесен слишком суровый приговор – пять лет колонии строгого режима по статье «мошенничество».
Анна и Деймон не просто присутствовали в зале суда – они свидетельствовали против Алисы. Хотя Деймон и обещал Анне, что ей этого делать не придется, с обвинителем он договорился по-другому, и Анну неожиданно вызвали.
Алису увели под конвоем прямо из зала суда. Анна не понимала, как такое могло случиться – она готова была уволить подругу, чтобы угодить Деймону и чтобы расчистить себе дорогу – да, подло, гнусно, но не так страшно, как засадить молодую девушку в тюрьму на целых пять лет, да еще так, чтобы у нее и сомнений не осталось в том, что сделала это именно она, Анна!
Теперь не с кем больше поговорить по душам. Анну опять заботило лишь собственное благополучие. Хорошо, что всегда можно позвонить маме, думала она, пытаясь себя успокоить. Конечно, даже маме всего не расскажешь – стыдно.
Роман, забытый и покинутый, давно уже начал чувствовать неладное – каждый вечер он все ластился к Анне, стоило ей переступить порог дома, а ее это начало страшно раздражать, и Анна придумывала всевозможные увертки, всячески увиливая от любого общения с бойфрендом. От этого настойчивость Романа только возрастала, и Анна каждый вечер шла к себе домой как на каторгу – он ведь может и секса когда-нибудь захотеть, а ей что-то сама мысль об этом с ним стала противна. Наверное, перетрудилась…
– Привет, мам. Я просто так, просто узнать, как твои дела?
