- Это всё – ее, - он махнул рукой в сторону. – Я сберегу замок для Ивы Шантор, понимаете? Обещайте мне, что вы привезете ее домой, когда придет время!
- С чего вы взяли, что это моя забота?
- Ну а чья? – удивился он. – Вы назвали герцогиню сестрой. Так что ее дочь – ваша племянница. Эва, пообещайте, что герцогиня Шантор вернется домой.
- Если она сама захочет, - нехотя ответила я.
Мы вернулись в столицу – просто потому, что там были наши вещи и мои люди. Нужно было заплатить солдатам. Забрать драгоценности из банковского сейфа и отправить их Глен. Капитан Джерринг был назначен командиром дворцовой стражи, а два его отряда снова стали королевскими гвардейцами и даже форму получили прежнюю, алую с черным.
В городе было на удивление спокойно, жизнь текла своим чередом. Не было разграблено ни одной лавки; горожане, которым хватило ума оставаться в день штурма дома, не пострадали. На дворцовой площади вовсю ремонтировали брусчатку, устраняя ямы, оставленные пушечными ядрами. Ворота пока не починили, они так и висят растерзанные – словно символ поражения Люциуса. По ночам идет снег, но днем он тает, и море пока не встало. Я бы хотела плыть на Острова сейчас, не дожидаясь весны, но пока не знаю, как сказать об этом Акихиро, который чего-то ждет.
Мне много о чем хочется сказать ему, но я тоже жду. Он обещал взять меня в жены, когда всё закончится. Почему же не вспоминает об этом? Передумал? Волнуюсь. Самой напоминать, наверное, зазорно. Подумает, что навязываюсь. И о ребёнке потому и не говорю, боюсь, что он почувствует себя обязанным. А я жду слов любви.
Несмотря на то, что столичный дом все еще принадлежит мне, мы снимаем номер в гостинице. Я больше не желаю иметь ничего общего с Ральфом.
Ближе к вечеру Акихиро приносят какую-то бумагу, и он тут же начинает собираться.
- Вазилевс вызывает меня к себе, - сообщает мне Хиро, стоя перед зеркалом и разглаживая складки на новом шелковом кимоно.
- Зачем?
- Будет разговаривать о тебе.
- Откуда ты знаешь?
- Он мой друг. Я догадываюсь, что у него в голове.
- Я бы хотела послушать.
- Обернись птицей и слушай. Я могу приоткрыть окно.
- На дворе снег. Это будет выглядеть странно.
- Да, ты права. Тогда… Ты боишься темноты?
- Когда ты рядом – нет.
Он кивнул и бережно обнял меня за плечи.
- Я знаю один секрет.
Мы пришли во дворец вдвоем. Нас легко пропустили. Хиро уже неплохо здесь ориентировался. В коридоре возле кабинета короля, теперь занимаемого младшим принцем (до его коронации была еще неделя) он повернул массивный подсвечник, вмурованный в стену, и сдвинул одну из деревянных панелей. Я смело шагнула внутрь и приникла глазами к смотровой щели. Однако! Даже я не знала, а он знал. Откуда у него такие сведения о тайнах королевского дворца?
Принц стоял возле окна, заложив руки за спину, чисто выбритый, аккуратно подстриженный. Лицо его было мрачным.
Он обернулся и коротко кивнул стремительно вошедшему ниххонцу.
- Акихиро Кио, - начал он официально, а потом сдулся и нервно прикусил губу. – Ты мне друг. Я многим тебе обязан.
Хиро молчал, спокойно глядя на будущего короля Ранолевса – уже третьего на моей памяти.
- Во-первых, я освобождаю тебя от присяги. Ты не должен больше служить мне. Я хочу, чтобы между нами была лишь дружба, не долг.
- Благодарю.
- А во-вторых… отпусти её! Я понимаю, что ты любишь. Но и я люблю. Что ты дашь ей? С тобой она потеряет все, что достигла. Графиня Волорье – и с ниххонцем? Да ее поднимут на смех. Ее не примут больше ни в одном доме. Это мезальянс. Понимаешь?
- Да, – ровно ответил Акихиро. – Я знаю. Но для меня это не имеет значения. Если она захочет – я уйду. А если она согласна быть со мной, то я подарю ей другой мир.
- Какой мир, чудак? Она достойна самого лучшего. А ты хочешь увезти её в ниххонскую деревню, да? Или таскать по гарнизонам? Или, может, ты думаешь, что графиня Волорье будет утирать сопли твоим детишкам и варить каши по утрам? Допустим, она согласится. Но надолго ли её хватит?
- А как же Ада?
- Ада… Она смелая женщина. Но ее больше нет. Если бы она была жива, я бы ее не предал. Но Эва… Эва – это другое. Второй такой нет. Она – королева! Она должна блистать.
Хиро опустил голову. Я затаила дыхание. Что он скажет? Помнит ли он, верит ли, что я люблю его?
- Вы не знаете Авелин, – наконец, произнес он.
- Как будто ты её знаешь!
- Больше, чем вы.
- То, что ты с ней спал, то, что она до тебя снизошла – ничего не значит. Не ты первый, не ты последний. Сам понимаешь – эта женщина не для тебя. Если ты её любишь – позволь ей быть счастливой!
- Да, – вскинул голову Хиро. – Я позволю.
Я уверена, что Вазиль догадывался о моем присутствии. Он говорил не только для Хиро, но и для меня тоже. Впрочем, мне было на это наплевать. Я давно все для себя решила.
===
Уезжали на рассвете, когда весь город ещё спал: тайно, спешно, будто воры или беглые любовники.
- Ты и в самом деле не сомневался во мне? – спрашивала я, то и дело оглядываясь.
