Грейс опустилась в кресло, зажав рот рукой. Она никак не могла опомниться. Какой ужас! Ее муж позволил себе с ней такой тон! Никогда за всю их долгую супружескую жизнь она не слышала ничего подобного. И все из-за этой девицы. Она нарушила спокойное течение их жизни. Она еще всем им испортит жизнь. Вот и Хью тоже попал под ее влияние. Манеры и правильная речь девицы произвели на него впечатление. Грейс остро почувствовала опасность, угрожавшую их семейному укладу. И Чарльз собирается на ней жениться. Реджи и Генри поддержат его, и даже ее верный и милый Хью угодил в эту паутину. Кошмар!
Грейс вскочила с кресла, торопливо подошла к камину и с силой дернула шнурок звонка.
— Пожалуйста, найдите полковника, — сказала она появившемуся на звон Патрику Маккэну, — и попросите его зайти в гостиную. Передайте также Колеману, чтобы он снова подал экипаж, и немедленно! — последние слова Грейс почти выкрикнула.
— Слушаюсь, мадам, — откликнулся Маккэн и поспешил удалиться.
Прошло несколько минут, прежде чем Хью Фарье вновь вошел в гостиную. Он не стал спрашивать, зачем жена позвала его. Грейс рассчитывала, что муж начнет извиняться, но по его виду поняла: он не намерен этого делать, по крайней мере теперь.
— Хью, я поступлю, как ты хочешь, и уже распорядилась, чтобы подали экипаж. Но я поеду к Чарльзу только вместе с тобой.
— Конечно, поедем вместе. — Выражение лица полковника не изменилось, но голос потеплел.
— Я буду готова через несколько минут, — уходя, предупредила Грейс. Она не обернулась, но знала, что муж, наклонив голову, провожает ее взглядом. Не спеша леди гордо выплыла из комнаты.
Едва дверь закрылась за женой, полковник с силой сдавил голову руками, словно стараясь вогнать поглубже мучительные мысли, которые для их общего блага лучше было бы спрятать поглубже в недра сознания. Он чувствовал, что жизнь его подходит к финалу, спасения не было. Дни текли бессмысленно и однообразно. Но на горизонте для него забрезжил свет. Совершенно определенно близилась война. Не оставалось сомнений, что она вот-вот разразится. Скорей бы. Несмотря на свой возраст, он еще сможет принести пользу. Господи, поторопи ее…
Грейс Фарье прошла через магазин, как королева мимо навозной кучи.
Наверх их проводила Джесси. Внутри у нее все кипело от возмущения, когда она заметила, как брезгливо подобрала гостья юбки, стараясь не коснуться мебели. Но Джесси и виду не подала, что творится у нее на душе. Напротив, она заговорила таким любезным тоном, что непременно заслужила бы похвалу мисс Трэверс из женской школы, если бы та ее слышала.
— Будьте так любезны, присядьте, пожалуйста, я сообщу сестре о вашем приходе. — С этими словами она чинно удалилась.
Грейс Фарье вопросительно посмотрела на мужа, но тот промолчал. Тогда она аккуратно, словно боясь испачкаться, села в кресло и напряженно приготовилась встретиться с… этой особой.
Через несколько минут вошла Агнес. На сей раз фартук она сняла. На ней была темно-синяя юбка и белая шелковая блузка с узким черным бантом у ворота.
— Добрый вечер, — поздоровалась она.
Посетительница промолчала. Ее голубые глаза холодно и зло смотрели на Агнес.
— Добрый вечер, — после минутного колебания откликнулся Хью Фарье. — Как… он?
— Почти так же. Доктор снова заходил. Думаю, кризис наступит еще до утра. Если пожелаете остаться, мы устроим вас на ночь, — обращаясь к полковнику, произнесла Агнес.
Хью Фарье собирался ответить, но жена опередила его.
— Надеюсь, в этом не будет необходимости, благодарю вас, — подчеркнуто холодно отчеканила Грейс. — Тем не менее я подумаю, принимать нам ваше предложение или нет после решения, как поступить с сыном.
— Мэм! — Тон Агнес был еще более ледяным. — Вы забываете, что находитесь в моем доме. Решения здесь принимаю только я. До тех пор пока Чарльз находится в этих стенах, я за него отвечаю и выполняю только распоряжения врача. И скажу следующее: если ваше присутствие чересчур возбудит его, я не смогу предложить вам свое гостеприимство, а попрошу вас уехать. Надеюсь, я высказалась достаточно ясно?
Хью Фарье ничуть не удивился, если бы его жена в этот момент лишилась чувств, потому что и сам он с изумлением смотрел на стоявшую перед ним молодую женщину. Ему стало ясно, чем привлекла она его сына. Чарльз всегда был покладистым, добродушным парнем, добрым и милым. Он не отличался волевым характером, и все же сыну хватило мужества, чтобы уйти из дому. И почему? Потому что его очаровала эта девушка, бесстрашная и гордая, способная заворожить мужчину. Как жаль, что ему… Вид жены заставил полковника прервать размышления. Грейс сидела, прижав руку к горлу, словно ей перекрыли доступ воздуха.
— Успокойся, дорогая, — сказал полковник, — успокойся. — Он помог подняться жене, взиравшей на девушку как на исчадие ада. Полковник мог с уверенностью сказать, что никто еще не говорил с его женой подобным тоном, и Грейс никогда не приходилось сталкиваться со столь необыкновенно сильной и независимой личностью.
